Поделиться Поделиться

Н.В. Забабурова. Перевод, статья, примечания, 2012 1 страница

Кретьен де Труа

Ланселот, или Рыцарь телеги / Перевод со старофранцузского Н.В. Забабуровой и А.Н. Триандафилиди. – Москва: Common place, 2013 – 328 с.

ISBN 978-99970-0102-3

Роман «Ланселот, или Рыцарь телеги» принадлежит перу выда ющегося средневекового писателя – Кретьена де Труа. Известный сюжет о Ланселоте, впоследствии использованный многими авторами и чрезвычайно популярный в европейской культуре, впервые представлен именно в этом произведении. Полный стихотворный перевод «Ланселота» на русский язык осуществлен впервые. В издание включены научные статьи и примечания к роману.

ISBN 978-99970-0102-3 ББК 84 (0) 4

УДК 821”04/16”

Н.В. Забабурова. Перевод, статья, примечания, 2012

© А.Н. Триандафилиди. Перевод, 2012

Публикуется под лицензией Creative Commons Разрешается любое некоммерческое воспроизведение со ссылкой на источник


Светлой памяти

Андрея Дмитриевича Михайлова, выдающегося российского филолога,

чл.-корр. РАН, вдохновителя данного проекта, с глубокой благодарностью посвящаем наш труд.

Коль ждёт владычица Шампани1

На языке родном преданий2,

Я порадею от души 4 Как раб усердный госпожи.

Я ей готов служить покорно,

Не прибегая к лести вздорной,

Хотя б любой на этом месте 8 Не воздержался бы от лести.

Кто б ни сказал – порукой я,

Что государыня сия

Не знает равных в целом мире,

12 Парит, как лёгкий бриз в эфире, Что веет вешнею порой.

Я не из тех, кто день­деньской Льстит той графине повсеместно.

16 Скажу ли: как сапфир прелестный, Что перл и оникс посрамит, Всех королев она затмит?

Нет, не обмолвлюсь. Правду ту 20 Опровергать невмоготу.

Скажу лишь: дамы наставленья Для моего произведенья Полезнее, чем ум и труд.

24 О Рыцаре телеги тут Начнёт Кретьен повествованье.

Сюжет и замысел сказанья

Внушила госпожа ему,

28 И лишь добавит он к тому

Своё усердье, ум да совесть.

Итак, он начинает повесть.

Лишь Вознесенья день настал3,

32 Король Артур свой двор собрал С той элегантностью привычной, Что свойственна ему обычно, И что во всём его достойна.

36 Когда был кончен пир пристойный, Гостей король не отпустил.

Баронов многих зал вместил,

Была и королева там

40 В кругу своих придворных дам Честных, изысканных манер, Чей галльский говор – всем пример4.

А Кей, что пиром управлял5,

44 Снедь с коннетаблями вкушал, И там, где он расположился, Воитель ко двору явился.

На нём достойный был наряд, 48 Вооружён с главы до пят.

В таком­то виде, грубо, дерзко,

Он подошёл к Артуру резко

(Тот восседал среди баронов)

52 И без приветствий и поклонов

Сказал: «Король, в плену досель Держу я из твоих земель Девиц и рыцарей, и дам.

56 И в том тебе я слово дам, Что не увидишь их вовек.

Поверь тому, что я изрек:

Нет средства у тебя такого, 60 Чтоб пленников увидеть снова. И также знай: скорей умрёшь, Чем им на помощь ты придёшь».

Король ответил, что смирится, 64 Когда в бессилье убедится.

Теснилась боль в его груди. И тот в намеренье уйти

К нему спиной оборотился,

68 Прочь от монарха устремился,

Направившись к дверям покоя, Но там, помедливши, такое Он слово бросил наконец:

72 «Король, коль есть такой храбрец,

Кому б ты доверял всецело,

Мог поручить любое дело,

Вели ему, за мною чтоб

76 Вёл королеву в край чащоб,

Где я владыка безраздельный.

Тогда вступлю с ним в бой смертельный

И подданных твоих верну, 80 Что у меня теперь в плену. Коль верх возьмёт он надо мною, Тогда вернётся с госпожою».

При этой речи наглеца 84 В тревоге дрогнули сердца. А Кей, услышав эти вести,

Когда с дружиною ел вместе,

Оставил блюда, подошёл

88 К властителю и речь повёл, Негодованья не скрывая:

«Король, был преданный слуга я,

Вам верой, правдою служил,

92 Но днесь уйду, нет больше сил И нет охоты у меня

Служить с сегодняшнего дня».

Обидны королю слова,

96 Собрался с духом он едва И наконец сказал в ответ:

«Мой друг, вы шутите, иль нет?»

«Нисколько, сир, я не шучу, 100 Покинуть ныне вас хочу, Не требуя даров из дружбы

За длительное время службы.

Я твёрд в намеренье таком:

104 Уйду тотчас и прямиком»

Король ответил: «Что вас, друг, Покинуть двор подвигло вдруг:

Обида, гнев или печаль?

108 Здесь ваше место, сенешаль, Оставьте вы обиду эту,

Ведь при дворе такого нету, Чем я б не поскупился, чтобы 112 Вас зреть вблизи своей особы». На это Кей: «Вотще сие

Пусть даже золота сетье6 Мне каждый день вы б подавали».

116 Король в смятении, в печали Сказал супруге, подошед:

«Мадам, вам ясно или нет, Чего желает Кей добиться?

120 Отставки, чтобы устраниться От службы – только почему? Что ни велите вы ему, Исполнит всё, а мне – отказ.

124 Отправьтесь­ка к нему сейчас И умолите здесь остаться, Ведь мне не стоит и стараться.

Вы бросьтесь в ноги, если надо,

128 Не то уйдёт моя отрада, Лишь Кей покинет этот зал». С тем королеву отослал С её согласья к сенешалю.

132 Тот был с другими вместе в зале, К нему подходит госпожа

И говорит: «Болит душа, В моей тревоге нет просвета, 136 И всё от вашего ответа. И я в отчаянье: увы, Покинуть двор хотите вы.

Вы в заблуждении погрязли,

140 Что движет вами? В вас угасли

Ум с куртуазностью? Как жаль!

Прошу, останьтесь, сенешаль.

Останьтесь, Кей, молю в смиренье».

144 «О госпожа, прошу прощенья, Я не могу моленью внять». Та продолжала умолять,

А с нею рыцари и дамы.

148 Но отвечал им Кей упрямо: «Не умолите вы меня».

И та, величие храня,

К его ногам упала. Кей

152 Просил подняться поскорей, Но королева: «Не просите. Исполнить то не премините, Чего желала я дотоле».

156 Кей слово дал остаться, коли Король ему пообещает Исполнить то, чего желает Он с королевой обоюдно.

160 Она: «Конечно, Кей, нетрудно

Ему и мне поладить с вами.

К Артуру сходим со словами:

Мол, вы останетесь при нас».

164 За нею Кей пошёл тотчас, Пред королём предстали оба. «Сир, постаралась я особо,

Чтоб Кей остался. Вам отдам

168 Его я в руки. Нужно вам То сделать, что ему угодно».

В ответ король вздохнул свободно

И молвил так: «Быть по сему, 172 Любые доводы приму». А он: «Узнайте, сир, чего Хочу отныне: лишь того, Что обещали мне вы лично.

176 Я буду счастлив безгранично, Коль этого достоюсь я.

Тут с нами госпожа моя,

Вы мне велели ей служить,

180 Прошу дозволить мне отбыть

С ней в лес, где рыцарь ждать согласен». Король в печали; безотказен, Поскольку слово держит он.

184 Был опечален, угнетён, Когда согласье дал он вскоре. И видя королевы горе,

Двор убедился в том, что днесь 188 Неразумение и спесь

Внушили Кею речь такую. Король, супругу дорогую Взяв за руку, заговорил:

192 «Душа моя, он не хитрил, Придётся ехать вам при Кее».

Последний молвил: «Поскорее,

О сир, доверьте мне её, 196 Залогом слово будь моё:

Верну здоровой и живою». Так вышел вместе с госпожою И все за ними из дворца.

200 Тревогам не было конца.

Вот сенешаль уже воитель. Двух лучших скакунов служитель На двор выводит между тем.

204 Скакун парадный, ясно всем, Достоин дамы августейшей. Был конь и бодрый, и умнейший, И не тянул он повода.

208 Грустна, покорна, но горда, Садится госпожа в седло И так вздыхает тяжело:

«Ах, друг, когда бы мне на благо7

212 Вы знали всё, то даже шага Не дали б мне ступить сей миг».

Хотя и был тот шёпот тих,

Гинабль граф его услышал8,

216 Ведь вместе с ней на двор он вышел.

С момента госпожи отъезда

Двор не находит в горе места, Как будто уж она в гробу.

220 Не верят в добрую судьбу: Мол, возвратит её едва ль

Натурой дерзкий сенешаль, Бог весть к кому её увёз.

224 Всех опечалило до слёз, Что у неё такой избранник.

И молвил королю племянник, Мессир Гавэйн, с глазу на глаз:

228 «Король, не понимаю вас. В поступке вашем смысла нет, Не отвергайте мой совет:

Пока они недалеко,

232 Мы бы нагнали их легко, И хватит преданных людей нам.

А я, я не был бы Гавэйном,

Коль в сей же миг не рвался б в путь.

236 Разумным не сочту ничуть От сей погони отказаться,

По крайней мере, чтоб дознаться,

Что ждёт владычицу в пути,

240 Как будет Кей себя вести?» «Ну что ж, – сказал Артур, – скачите, Вы куртуазно говорите.

И раз уж волю изъявили,

244 Велите, чтобы снарядили,

Взнуздали скакунов лихих, Чтоб нам сей миг воссесть на них».

И вот стоят пред ними кони, 248 При сбруе, под седлом, в попоне. Всех прежде он в седло вскочил,

За ним племянник поспешил,

А после сонм тех удальцов,

252 Что рвались в путь без лишних слов, В доспехах или как угодно: Кто вовсе шел без них свободно, Кто был сполна вооружен.

256 Гавэйн – тот в латы облачен, И двое воинов учтивых Ведут двух скакунов ретивых.

Лишь в лес вошли, в его тени 260 Коня увидели они. Конь Кея – стало ясно всем, И разглядели между тем:

Бредет он с порванной уздою,

264 Без седока, тропой лесною, На стремени крови пятно, Седло в куски раздроблено.

Как только се предстало глазу,

268 Печаль не сдерживая, сразу Все переглядываться стали.

Мессир Гавэйн от них подале

В седле красиво восседал,

272 Он той порою увидал,

Как некий рыцарь появился9 На скакуне, что утомился И, ранен, пóтом был покрыт.

276 Тот поприветствовать спешит Гавэйна первым, сей в ответ Учтиво шлёт ему привет.

И встречный спешился тогда.

280 Узнав Гавэйна без труда, Промолвил: «Видите ль, мессир, Мой взмылен конь, устал и сир, Не годен он, в конечном счете.

284 Вы ж двух коней с собой ведете, И потому просить могу,

Клянясь не быть у вас в долгу,

Воздав достойно за услугу,

288 Прошу дать в долг иль в дар как другу Мне одного из них сейчас». Мессир Гавэйн ему: «Для вас – Тот, что понравится вполне».

292 Меж тем нуждавшийся в коне Не стал гадать и выбирать,

В котором крепче мощь и стать,

Воителем без мысли лишней 296 Тотчас был избран самый ближний. Его взнуздал он и помчал,

А прежний конь без чувств упал,

Ведь пострадал немало он, 300 Был обессилен, измождён.

И рыцарь тот без передыха,

Дав шпоры, в лес пустился лихо,

Мессир Гавэйн вдогон ему

304 Помчался сквозь лесную тьму.

По склону вниз свой путь направил.

Лишь дол он за собой оставил,

Увидел: конь простёрся в поле, 308 А он им дарен был дотоле. Вокруг земля разрыхлена,

Ремней обрывки, стремена,

Куски уздечек на поляне –

312 Свидетельства недавней брани, Где бился рыцарь не один.

Взгрустнул отважный паладин,

Что сам участие не принял,

316 И прочь отъехать не преминул, Не медлил мига одного.

Узрел он рыцаря того:

Он брел один, понур и нем,

320 На нём доспехи, ладный шлем, Меч у бедра, щит на груди – Он и телега впереди10.

В тот век телеги, мы вам скажем, 324 Как столб позора в веке нашем. Три тысячи иль больше их

Сейчас в пределах городских,

Тогда ж была всего одна,

328 Одной на всех была она,

Как столб позорный для убийц,

Пройдох, иуд и кровопийц,

Банкротов тяжб, полночных татей,

332 Что о чужом пекутся злате, Иль тех, кто, грабя каждый день, На тракт выходит, взяв кистень.

А осуждённого в том веке

336 Возили на такой телеге Средь сутолоки городской,

Был вне закона он, изгой,

И двор его не принимал, 340 Его чурались, каждый гнал.

Телегу эту млад и стар Считали горшею из кар.

И так в народе толковали:

344 Коль вы телегу повстречали, Перекреститесь сей же час, Чтоб от беды вас Бог упас.

И вот, коня, копья лишённый,

348 Уж рыцарь у телеги оной, Он видит карлу у вожжей.

Как будто кучер, карла сей Сидел с большим шестом в деснице. 352 И рыцарь так сказал вознице:

«А ну, скажи­ка, карлик, мне, А не видал ли в сей стране Ты королевы лучезарной?».

356 Тут карлик злобный и коварный

Не пожелал поведать весть,

А заявил: «Коль хочешь сесть

В телегу, коей управляю,

360 То правду сможешь, уверяю, Узнать о ней, но только позже». Сказал и быстро дёрнул вожжи, На думы времени не дал.

364 Покуда рыцарь размышлял, Тот на два шага уж отъехал11. Садиться – стыд, но стыд помеха ль, Когда Любовь к тому влечёт? 368 О, сколько зла то принесёт! С Любовью Разум не в ладу,

Велит он, чувствуя беду,

Чтоб долга чести не нарушить,

372 Не делать этого, не слушать Того, что б худо навлекло12. Не сердце, нет, уста свело, Чтоб лишнего не молвил он, 376 В Любви тенёта залучён. И сердцу приказала страсть

Подпасть под карликову власть13; Был принуждён в телегу сесть он, 380 И стыд при том был неуместен:

Любовь дала сие веленье. Гавэйн, не медля ни мгновенья, Поехал за телегой сей.

384 И рыцаря увидев в ней,

Он подивился небывало,

И карлику: «Ответь­ка, малый,

Что с королевой приключилось?»

388 А тот: «Коль зависть зародилась, Что этот рыцарь здесь сидит, Садись и ты, коль не претит.

Обоих повезу легко я».

392 Гавэйн, услышавши такое, Решил, что тот ума лишен.

«Не сяду, – так ответил он, –

Коню телега не замена, 396 Так осрамлюсь я, несомненно. Куда б ни ехал ты, поеду По твоему я, карлик, следу»14. И в путь пустились трое эти:

400 Два на телеге, конный третий, Все по одной дороге шли.

Явился замок невдали, И знайте: замок – диво дивом! – 404 Был и добротным, и красивым. В одну все трое входят дверь.

Дивятся люди: верь, не верь,

А карлик рыцаря привозит

408 В телеге, но никто не спросит, А всякий посмеяться рад:

И знать, и чернь, и стар, и млад.

На стогнах гиканье и глум,

412 Осмеян тот, кто был угрюм.

Проклятья, брань всё неотвязней: Приговорён к какой из казней, За что воитель осуждён?

416 Утоплен будет иль сожжён?

Сдерут ли кожу, иль удавят?

«Ответствуй ты, который правит:

Каким запятнан он грехом, 420 Убийством или грабежом? Суда ли это приговор?»

Но карлик, на слова не скор,

Не разговаривал с толпою, 424 Он вёз воителя к постою. Гавэйн за карликом пустился, Тот через город устремился И в башню рыцарей повёл.

428 За башней простирался дол, А супротив неё колосс – Высокий кряжистый утёс, Что пиком заострялся кверху.

432 Гавэйн, преследуя телегу, В ту башню въехал на коне.

Девицу в зала глубине Он повстречал в красивом платье, 436 Соперниц по красе не знать ей. К ним две девицы подошли, Красой, достоинством цвели.

Гавэйна лишь узрели в зале,

440 Приветствия ему воздали, Спросили, радостью лучась, Его о рыцаре тотчас:

«В чём виноват, коль сел в телегу?

444 Иль, карлик, ты везёшь калеку?» Но карлик им в ответ ни фразы.

Героя высадил он сразу

И удалился, но куда –

448 Осталось тайной навсегда. Тут спешился Гавэйн, и вдруг Пред ним явились двое слуг И унесли оружье прытко.

452 С подбоем беличьим накидки

По воле девы принесли, Затем все ужинать пошли.

А ужин – нет границ усладам,

456 Там с рыцарем приезжим рядом Сидела дева за столом. И угощенье, и приём Гостей пленили, несомненно.

460 Их принимали столь отменно,

Столь было общество любезным, Что вышел вечер тот чудесным.

Усталым отдохнуть пора –

464 Два приготовлено одра, Высоких, длинных, среди зала. И третья там постель стояла, Богаче и пышней других.

468 Гласит преданье дней былых,

Что удивляла всех постель И краше не было досель.

Когда для сна пора пришла,

472 Хозяйка за руки взяла

Гостей, которых принимала,

И две постели указала,

Сказав: «На них вкушайте сны,

476 Постели вам отведены, Но третья дивная кровать

Достойных может лишь принять, И не для вас её храню я».

480 Тут стал перечить, негодуя, Воитель, ехавший в телеге: Мол, он обижен, в кои веки Подобный получив запрет.

484 «Почто вы говорите «нет», Почто для нас возбранно ложе?» Ответ от девушки пригожей Последовал без промедлений:

488 «Не ждите, друг мой, разъяснений И здесь не место препираться,

Ведь с честью вынужден расстаться Тот, кто в телеге был хоть раз.

492 Отнюдь не справедлив сейчас Упрёк, что бросили вы мне, И вы поплатитесь вполне, Коль вы возляжете на ложе.

496 Его убранство, нет дороже,

Не для того, чтоб спали вы. И коль отважитесь, увы, За дерзость платой будет горе».

500 «Сие увидите вы вскоре».

«Увижу?» – «Да!» – «Посмейте только!»

«Мне неизвестно, кто и сколько Заплатит здесь; пусть злится, плачет, 504 Сие меня не озадачит:

Я собираюсь лечь на одр, И, выспавшись, я встану бодр».

Сказавши, рыцарь шоссы скинул15

508 И растянуться не преминул

На ложе, что длинней других И на пол­локтя выше их16.

Под пологом парчи с отделкой,

512 Был пышным соболем, не белкой, Одр золочёный утеплён, Достойный царственных персон.

Подушки мягки, взбиты ловко,

516 И не солома, не циновка – Той ночью ложе смельчака.

А в полночь молньей с потолка

Пал дрот, что был тяжеловесным,

520 И наконечником железным Он этот полог бы прорвал, Пронзив того, кто почивал На ложе том, где он возлёг.

524 Приделан к древку был флажок,

Флажок же пламя обнимало. Заполыхало одеяло

И простыни, и вся постель,

528 А дрот слегка пометил цель – Не ранил рыцаря, пав на пол, При этом только оцарапал Немного кожу на бедре.

532 Тот приподнялся на одре

И, погасив огонь, поднял

Сие копьё и бросил в зал, Притом постели не покинул.

536 И снова лёг, и не преминул, Как в первый раз, уснуть легко, Невозмутимо, глубоко.

Когда на небе просветлело,

540 Хозяйка башни повелела

На мессу пригласить гостей, Их разбудили поскорей.

Во время мессы у окна,

544 Откуда пашня всем видна, Стоял тот рыцарь, что намедни

В телегу сел, как тать последний.

В раздумье он смотрел на пашни.

548 А между тем хозяйка башни Стояла рядом, прежде с ней

Мессир Гавэйн наедине

Уже беседовал украдкой,

552 Но долго ль, коротко – загадка, И мне неведомо о чём.

Они стояли пред окном,

Когда узрели, как чрез луг

556 С носилками шли двое слуг И рыцаря на них несли,

А рядом три девицы шли И горько слёзы проливали.

560 Им вслед с кортежем выступали Высокий рыцарь вместе с дамой, И, приглядевшись, скажем прямо – Была красавицей она.

564 И вот стоящий у окна Узнал в ней королеву и,

В восторге, сладком забытьи, Был взглядом к ней одной прикован 568 И созерцаньем очарован. Когда она исчезла с глаз, Он вознамерился тотчас В окно метнуться напрямик.

572 Почти уж выпал он, но вмиг Мессир Гавэйн сие узрел И ухватить его успел.

«Сеньор, уймитесь! Бог вас милуй,

576 Чтоб эту безрассудства силу Вам никогда не ведать впредь. Зачем стремитесь умереть?»

«Напротив, – молвила девица, –

580 Уж весть могла распространиться

О том, как опозорен он, Раз был в телегу водворён.

Ведь будет смерть как избавленье,

584 Тогда как жизнь одно мученье Тому, кто опозорен столь.

Ему на долю – стыд и боль».

По просьбе рыцарей доспехи

588 Вернули слуги без помехи, А госпожа, явив пример

Благопристойнейших манер,

Тому, над кем вчера смеялась,

592 Над кем так явно потешалась,

Копьё и скакуна дала –

Столь милосердною была.

Простились рыцари учтиво,

596 И куртуазно, и красиво С хозяйкой башни, чтоб затем За виденным кортежем тем Вдогон тотчас пуститься лихо.

600 Уйти смогли настолько тихо, Что слова не сказали им.

И, шпоры дав коням своим,

За королевою стремглав

604 Они помчались, не догнав Кортеж – он ехал слишком споро.

По лугу въехали в сень бора,

Где каменистою тропой

608 Блуждать им выпало с лихвой.

Зажглись на небе утра блёстки, Когда они на перекрёстке Вдруг с юной встретились особой.

612 Её приветствовали оба, Моля и заклиная деву, Куда увозят королеву, Коль ей известно, рассказать.

616 А та – разумница, видать – Ответила: «Скажу вам это,

Но прежде жду от вас обета, Не премините соблюсти –

620 Скажу про путь и цель пути, И кто, куда её увёз.

Радеть придётся вам всерьёз:

Ещё туда не попадёте,

624 Уж вдосталь трудностей хлебнёте». На то мессир Гавэйн глаголет:

«Девица, коль Господь позволит, Без колебания тотчас

628 Готов радеть во имя вас, Как пожелает ваша милость, Лишь мне скажите, что случилось».

Тот, кто в телеге восседал,

632 Таких посулов не давал,

Скорее, он заговорил

Как тот, кем движет страсти пыл:

Мол, всё в пути готов снести,

636 Чтоб государыню спасти,

А деве только захотеть – И он служить ей будет впредь.

«Итак, внимайте вы известью. –

640 Так начала девица, – Честью Клянусь я вам: Мелеаган17,

Могуч, по росту великан,

Принц Горра, полонил её,

644 Взяв во владение своё, Отколе нет чужим возврата18. Тюрьмою станет им страна та, Изгнаньем, тяжкой кабалой». 648 Те вопрошают у младой:

«Девица, как туда добраться,

Какой дороги нам держаться?»

Ответ был: «Путь найти несложно,

652 Но худо встретят вас, возможно, Приём опасностью чреват,

Ведь нелегко проникнуть в град Без разрешенья государя.

656 Там правит Бадмагю19 исстáри. Лишь два пути ведут туда, Но каждый гибелен, беда, И каждый путь равно непрост.

660 На первом есть Подводный мост, Над ним простёрты воды толщей

Отнюдь не меньшей и не большей, Чем воды, что лежат под ним.

664 Он скрыт течением речным

На середине глубины.

И ширины, и толщины

Он фута полтора, не боле20.

668 Тот будет прав, кто доброй волей На ту опасность не пойдёт. Вас приключений много ждёт, Однако я о них ни слова.

672 Есть мост и средь пути второго, Но хуже и опасней он, Ещё никем не перейдён.

Остёр он, как булатный меч,

676 И потому его наречь Мостом Меча молва успела.

Я всё вам рассказать сумела, Что только довелось мне знать».

680 Просили рыцари опять:

«Девица, будьте милостивы, Пути нам указать должны вы».

А им девица отвечает:

684 «Тот первый путь, что пролегает, К мосту в воде, второй же – вот, К Мосту Меча он приведёт».

Со спутником заговорил 688 Тот, кто вчера в телеге был:

«Сеньор, я уступаю право. Тот путь, который вам по нраву, Вы изберите, я прошу.

692 Путём другим я поспешу».

Гавэйн же: «Коль сказать по правде, То в равной степени, представьте, Опасны, гибельны пути.

696 Здесь лучший выбор не найти, Какой же путь мне предпочесть? Но промедленье мне не в честь, Коль выбор дали вы свободный.

700 Я избираю мост Подводный».

«Знать, справедливо, что без спора К Мосту Меча отправлюсь скоро, Для возражений нет причин».

704 Так другу молвил паладин, И оба вверились душой Небесной воле всеблагой И с этим выдвинулись в путь.

708 Девица им: «Когда­нибудь И вы сослужите мне службу,

Когда понадобится: дружбу

Со мной вам забывать не след!»21

712 «Подруга милая, о нет, Мы не забудем», – молвят ей, И каждый – по стезе своей.

Тот, кто в телеге был, – задумчив,

716 Как тот, кого Любовь, измучив, Отняв покой, лишила сил. Он думу горькую носил,

Не помнил ничего в кручине,

720 Не ведал даже, жив ли ныне,

Не знал и как зовут к тому же, Забыл о латах и оружье, Куда идёт, каким путём.

724 Не помнил, словом, ни о чём, Опричь одной особы той, Из­за которой сам не свой.

Лишь думу горькую приемлет,

728 Не зрит, не чувствует, не внемлет, Скакун несет его галопом

Не по окольным узким тропам, А по дороге напрямик.

732 И так он мчался, и возник Пред рыцарем песчаный дол

И там же брод22, который вёл На противоположный брег.

736 Там страж был, ратный человек, И восседала дева рядом Верхом на скакуне парадном.

В то время третий час пробил. 740 В оцепенении застыл Воитель, в думу погружённый,

Скакун же, жаждой истомлённый,

Заметил ток неподалёку

744 И прянул к чистому потоку, А воин­страж на берегу Воскликнул: «Брод я стерегу, И вам в него вступать – запрет».

748 То ль слышал рыцарь, то ли нет, Он в думе пребывал глубокой. И напрямик на брод потока Лихой скакун его помчал.

752 «Сверни с пути, – тот закричал, – Напрасно ты рискуешь так:

Нельзя проехать здесь никак».

И он поклялся: шаг тот сделай, 756 Копьём ему пронзит он тело. Но рыцарь в тот приказ не вникнул, И воин в третий раз воскликнул:

«Не лезьте, рыцарь, на рожон, 760 Мной этот путь вам запрещён. Вновь повторять не стану я, Не избежите вы копья».

Но всё невнятно паладину.

764 Скакун, покинувший равнину, В поток низвергся прямиком И воду жадным пил глотком.

А страж: «Вы будете жалеть,

768 Ни щит не защитит вас впредь, Ни ваша крепкая броня». И он в галоп пустил коня, И всё быстрее и быстрее.

772 Затем ударил, чтоб скорее

Не внявшего его указу

Средь брода бросить в реку сразу.

И тот, кто атакован был,

776 Копье и щит свой уронил.

Почувствовав, что он промок, Придти в себя воитель смог, Как бы внезапно пробуждённый.

780 Вскочил в испуге, удивлённый, Кто так ударил и зачем?

Увидев рыцаря затем,

Он возгласил: «Скажи, вассал,

784 Почто ударил и напал, Ведь даже я тебя не видел,

Не то что чем­нибудь обидел?»

«Нет, всё не так, – ответ был дан, –

788 Решили вы, что я мужлан,

Не вняли трижды вы запрету Пересекать стремнину эту.

Кричал я вам во всю гортань,

792 Вы вняли вызову на брань, По крайней мере, раза три,

И сколько я ни говори, Вошли в поток, не слыша вроде, 796 Что вас я поражу на броде». А рыцарь: «Будь же проклят тот, Кто вам когда­нибудь вонмёт Иль вас узрит, будь сам я это.

800 Не слышал вашего запрета, Поскольку думами томим.

За вами ль правда, поглядим,

Когда при помощи узды

804 Я удержу вас средь воды».

И отвечает страж: «И что ж? Уздою крепкою дерзнёшь Сдержать меня на броде ныне?

808 Твои угрозы и гордыня –

Всё для меня как прах летучий». И рыцарь: «Ничего нет лучше:

Чем бы ни кончился наш бой, 812 Хоть так, всё справлюсь я с тобой». Тот выступил в средину речки,

Противник с помощью уздечки

Тотчас поймал его хитро,

816 Десницей сжал ему бедро

И так держал, сжимал, покуда Не возопил тот, чуя худо.

Он понял, что от этой встречи

820 Не избежать ему увечий, И стал молить ослабить хватку:

«О рыцарь, если хочешь схватку

Продолжить, как нам честь велит,

824 Возьми коня, копьё и щит, На равных будем мы сражаться».

А тот: «Готов я честью клясться,

Коль будет так, ты убежишь, 828 Едва в атаку ринусь лишь».

Той речью страж был оскорблен.

«Не быть сему, – ответил он, – Садись на скакуна покойно,

832 Даю обет, что недостойно

Не спрячусь я и не сбегу, Сей стыд терпеть я не могу».

Не медлил рыцарь наш с ответом:

836 «Мне убедиться надо в этом.

Ты прежде клятву должен дать:

Не будешь прятаться, бежать

И не притронешься ко мне,

840 А станешь рядом в стороне, Пока я на коня не сяду.

Клянусь, получишь ты пощаду, Коль проиграть тебе придётся».

844 Тот – делать нечего – клянётся, Иначе поступить не мог.

И рыцарь из воды извлёк

Копьё и щит, что по теченью

848 Уж далеко к тому мгновенью Уплыть успели от него.

Нашёл коня он своего,

В седло вскочил и со сноровкой

852 За ремни щит схватил он ловко И прикрепил копьё к седлу.

И вот в воинственном пылу На сшибку мчатся во всю прыть.

856 Тот, что был должен брод хранить,

Ударил первым, и удар Настолько был силён и яр, Что древко разлетелось в щепы.

860 Удар ответный, столь свирепый,

На дно реки врага поверг, Над ним сомкнули воды верх.

Отъехав, слез с коня воитель,

864 В душе готов был победитель

Сразиться с сотнею таких И вынул меч из ножен вмиг.

Другой, поднявшись, сделал то же, 868 Украшен меч весьма пригоже. Лицом друг к другу оба встали, Щиты, что золотом блистали, Держали крепко пред собой.

← Предыдущая страница | Следующая страница →