Поделиться Поделиться

Признаки «рациональность — иррациональность».

1.1. Физический уровень

Рациональные типы отличаются от иррациональных телесной конституцией. Фигуры рационалов обычно подтянутые и угловатые, фигуры иррационалов — обтекаемые и сглаженные. Осанка у первых — прямая и стройная, у вторых — отпущенная, не имеющая внутреннего «стержня».

Рационалы — это люди, которые всегда в тонусе, постоянно готовы к работе. Чтобы расслабиться, им нужно делать немалые усилия над собой. Расслабленность — это характерное состояние иррационалов. Они делают усилия над собой с противоположной целью — чтобы напрячься и выполнить то, что необходимо. Таким образом, рационал работает равномерно, а иррационал — волнообразно.

Движения рационалов — дискретные, то есть линейные, четко отделенные друг от друга микропаузами. Иррационал движется плавно, без резких остановок. Его тело гибко, незафиксированно. В целом иррационал движется более естественно и пластично, а рационал — механистично и направленно. Тело рационала зажато во многих местах, плохо изгибается.

1.2. Психологический уровень

Рационалы отличаются эмоциональной стабильностью — способностью долго удерживать какое-либо состояние, как положительное, так и отрицательное. Это свойство позволяет легко предсказывать их эмоциональные реакции. О них можно сказать: если рационал друг — так это друг, а если враг — так это враг.

Они мало зависят от своих внутренних биоритмов. Колебания настроения имеют у них практически всегда «уважительную» внешнюю причину. Своим состоянием они управляют: несмотря на отрицательное настроение, могут заставить себя с должным качеством выполнить необходимую работу или же, наоборот, несмотря на жгучее желание, отказаться от того, что их так влечет.

Иррациональные типы эмоционально непостоянны, отличаются изменчивостью своего состояния: их настроение может меняться по нескольку раз на день само по себе. Поэтому их психологические реакции часто не мотивированы для постороннего наблюдателя.

Иррационалы очень сильно зависят от колебаний своих биоритмов. Управление своим состоянием всегда составляет для них трудную проблему: когда они на спаде, силы покидают их и работа не выполняется. Приходится дожидаться эмоционального подъема, чтобы одним махом наверстать упущенное. Качество работы от этого, конечно же, страдает, как и ее график.

1.3. Социальный уровень

В социальном плане рационалы являются приверженцами какой-либо одной системы и не склонны нарушать правила игры, по которым они играют. Они представляют собой базу стабильности в любом обществе, так как тяготеют к дисциплине и порядку, плохо себя чувствуют в обстановке хаоса и неуправляемости.

Иррационалы не бывают фанатиками, они довольно легко отказываются от фиксированных укладов и мировоззрений (не обязательно устаревших!). Они могут позволить себе менять правила игры в ходе самой игры. По этой причине иррациональный социум — это общество неуправляемых перемен, хаотично совмещающее в себе самые противоречивые устремления. Иррационалы недисциплинированы и анархичны по своей природе, не могут долго следовать в одном направлении.

Экономика рационального общества носит производящий характер, так как выпуск сложных товаров требует длительной концентрации усилий в одном направлении, а также уверенности в завтрашнем дне. Иррационалы делают экономику коммерческой, перемещающей имеющиеся товары с одного места в другое, где их цена дороже. Иррациональное производство всегда мелкосерийно и кустарно (для сложных изделий нужны стабильные связи и прогноз долговременного спроса).

Иррационалы первыми подхватывают в обществе новые веяния, моды и увлечения, однако и первыми отказываются от них, как от приевшихся. Без подключения рационалов на решающих этапах никакие серьезные, глубокие перемены в социальной жизни были бы невозможны.

Итак, рационалы мало меняют свои занятия, увлечения и социальное положение в обществе. Но если все же переключаются, то это уже надолго. Иррационалы же, наоборот, быстро увлекаются, склонны к переменам взглядов и занятий, но надолго их интереса не хватает.

1.4. Информационный уровень

Ментальный (мыслительный) процесс у этих категорий людей организован по противоположному способу. Рационалов называют рассудительными (judging) типами, потому что они склонны обстоятельно и последовательно рассуждать на какую-то одну тему. Они связно излагают свои мысли, четко строят фразы, последовательны в высказываниях. Однако они маловосприимчивы к тому, что противоречит основной линии их рассуждений.

Иррациональные типы называются воспринимающими (perceiving), потому что видят мир как целостную картину. От их внимания не ускользают факты или наблюдения, которые не связаны между собой какой-либо рациональной причинно-следственной связью, а просто проявляются одновременно и неразрывно. Но иррационалам трудно долго рассуждать, анализируя одну и ту же тему: отвлекаясь на свои ассоциации, они теряют первоначальную нить рассуждений.

Рационал общается с другими людьми посредством речи и слуха, а с самим собой — через зрительные представления. Речь человека всегда дискретна (прерывна): фраза делится на предложения, предложения — на отдельные слова. Рационалы все обсуждают вербально, просто увидеть для них недостаточно. Но во внутренних размышлениях они мало пользуются речью. Понять что-либо для рационалов — это представить зрительно на своем внутреннем экране.

Иррациональный интеллект организован противоположным способом. Для иррационалов очень характерна внутренняя речь, которой они пользуются для того, чтобы понять проблему. Во внешней коммуникации слова отходят на второй план: сформулировать свою мысль развернутыми фразами им трудно. Зато хорошо работают невербальные средства, особенно зрение. Иррационалы эффективно общаются между собой, демонстрируя и наблюдая, прикасаясь и отвечая на прикосновения.

Признаки «логика — этика».

2.1. Физический уровень

Логики живут в «неодушевленном» мире объективных законов. Их чувства подчинены разуму. Они никогда добровольно не будут делать то, что считают неправильным, нелогичным. Законы природы и целесообразность — вот что ими движет. Объект для логика стоит над субъектом.

Этики погружены всецело в одушевленный мир человеческих отношений. Их главный советчик — сердце, а не разум. Субъект для них стоит выше объекта. Этики антропоцентричны — исходят из душевного состояния человека или группы людей. Их поступки больше объясняются субъективными тяготениями, чем строгими законами целесообразности. Даже машины они как бы одушевляют.

Находясь в коммуникации, этики прекрасно вычленяют из общего информационного потока субъективную составляющую, для них более весомым часто оказывается не то, что человек сказал или сделал, а то, как он это сказал или сделал: в каком настроении он при этом был, что его тяготило или подбадривало, какие интонации в речи преобладали, как он жестикулировал и выглядел и т. п.

Логик субъективный компонент информации бессознательно отметает. «Душевные нюансы» затрудняют ему принятие решения, так как они ненадежны, нечетки, неоднозначны. Логик полагается лишь на «голые факты» и оценки, основанные на таких фактах. Улыбки, жесты, ритм дыхания, блеск глаз — то есть все личностно-субъективное, говорящее о чувствах другого человека, не служит логику основанием для изменения своего поведения.

2.2. Психологический уровень

Этические социотипы — это психологи от природы, так как они в той или иной мере наделены даром эмпатии — способностью почувствовать другого человека как самого себя. Доброта, сочувствие, стремление к гармонии отношений — все это неотъемлемые черты этиков.

Этики постоянно следят за психологической атмосферой в группе, выясняют субъективные причины ссор и конфликтов, постоянно влюбляются и разочаровываются, одним словом — живут полнокровной чувственной жизнью.

Совсем иначе проявляют себя на психологическом уровне логики. Они словно отделены от внутреннего мира других людей невидимым барьером. Им не дано умение глубоко погружаться в другого человека. Их эмоциональность поверхностна, чувства не пронизывают их глубоко, если их не подпитывать снаружи. Правильность, критичность, трезвый анализ преобладают у логиков над гармонизирующим началом. Они не станут приспосабливаться к партнеру, даже если очень симпатизируют ему.

Психологическая атмосфера в группе мало сказывается на продуктивности логика. Он никогда добровольно не станет вникать в скрытый мир чувств и отношений, симпатий и антипатий. В общении логик игнорирует психологический фактор, свои чувства выражает не столько словами и игрой эмоций, сколько поступками и физической дистанцией. Логику трудно разобраться в своих субъективных чувственных привязанностях, он ищет для них каких-либо более надежных подтверждений.

Из-за неумения оперировать субъективно-личностной информацией логику трудно общаться в неформальном кругу незнаковых людей. Логик не чувствует, с кем какую дистанцию в коммуникации нужно устанавливать. Поэтому в психологическом плане, когда нет никаких деловых зацепок, логик является необщительным. Ему нелегко ориентироваться в море субъективных чувств, внутренний мир других людей ему мало интересен, впрочем, как и свой собственный.

Этик же великолепно чувствует, с кем и на какое расстояние можно сблизиться. Поэтому он общителен, особенно если рядом оказываются люди, которые ему внутренне симпатичны. Он с удовольствием принимает участие в обсуждении людей и их оценке с этической точки зрения. Критериями «хорошо — плохо», «нравится — не нравится» этики пользуются постоянно, благодаря чему всегда знают, с кем, в каких отношениях они находятся. Внутренний мир другого человека — самый пристальный объект их внимания.

2.3. Социальный уровень

Всоциальной жизни субъективизм этиков приводит к пристрастной позиции, что имеет как свои положительные, так и отрицательные последствия. Защищая идеалы добра и человечности, этики становятся хорошими выразителями интересов тех или иных социальных групп. Но, с другой стороны, именно этики приводят к возникновению в обществе национальных, идеологических и конфессиональных предрассудков.

Логики, как типы беспристрастные в своей основе, являются лучшими руководителями. Они способны трезво сопоставить разные точки зрения с реальным положением дел и принять равновесное решение. Степень их объективности будет определяться полнотой имеющейся в их распоряжении информации. Гармония социальной жизни больше строится на логике объективных правителей, чем на эмоциях вожаков толпы.

В любом коллективе имеется сеть неформальных контактов, которая создается и культивируется этиками. На изучение подобных процессов направляет свои усилия социометрия — метод Дж. Морено. Однако глубоким заблуждением является утверждение о том, что в социально здоровом коллективе все должны симпатизировать друг другу на уровне личностных предпочтений. Отобрав людей по этому методу, вы создадите «теплую компанию» этических социотипов, не способную делать то, что надо, а предпочитающую углублять межличностные отношения.

Скатыванию с социального уровня на чисто психологический препятствуют логические члены коллектива. Они образуют ту его часть, которая твердо ориентирована на задачу, под которую создавался коллектив. Однако если выбрать другую крайность и создать коллектив из одних логиков, то социальный уровень также разрушится: ведь некому будет выступать эмоциональным индикатором развития, общение станет сухим и скучным, будут преданы забвению этические нормы. Чисто логический социум регулируется иерархическим государством, превращающим человека в ничего не значащий «винтик» этой машины.

2.4. Интеллектуальный уровень

При обработке информации логик отличается полной самостоятельностью в ее оценке и принятии решения. Он не доверяет мнениям со стороны, особенно тех людей, которых он не знает. Логик вообще не склонен принимать во внимание субъективный фактор, стремится его всячески нейтрализовать. Поэтому для него нет авторитетов и кем-то доказанных положений.

Этик же в этом отношении оказывается очень зависимым от мнений и оценок окружающих людей, особенно тех, которых уважает. Субъективное мнение кого-либо для этика столь же весомо, как и закон целесообразности для логика. Этику всегда важно, чтобы его рассуждения и выводы подтверждались какими-либо авторитетами в соответствующей области, не противоречили бы общепринятым правилам или стандартам. Они соблюдают принцип преемственности.

Когда логик сообщает важное сведение, он всегда доказывает свое мнение. Его обоснования опять-таки строятся на фактах и объективных умозаключениях, в которых он не сомневается. Проблему он анализирует всесторонне, прорабатывая все «за» и «против». Логик не склонен предлагать простые решения запутанных проблем. Эмоциональная реакция аудитории на его выводы ему малоинтересна.

Этик предпочитает не столько доказывать свою правоту, сколько привлечь своим мнением интересующих его людей. Этик силен в сознательном умении нравиться, он всегда делает ставку на отношение к обсуждаемой проблеме тех людей, которые ему небезразличны. Его мышление всегда эмоционально окрашено, хочет он того или нет. Так как решение, принятое этиком для себя, всегда несет отпечаток личных симпатий или антипатий, он постоянно сомневается в объективности или обоснованности своих выводов для всех.

Таким образом, этик предпочитает решать одушевленные, привязанные к тем или иным человеческим потребностям проблемы. Если же проблема объективно сложна, он пытается опереться на советы авторитетных в этой области людей. Если и этого нет, он либо заходит в тупик, либо предлагает простые, рассчитанные на эмоциональный эффект пути.

Логик выбирает для решения безличностные, касающиеся всех в одинаковой степени проблемы. В этой области он уверен и не доверяет мнениям со стороны. В сложных этических проблемах он теряется, предпочитает разрубать их как «гордиев узел», то есть решать простыми способами. В эмоционально-чувственной сфере он так же беспомощен, как этик в мире объективности.

← Предыдущая страница | Следующая страница →