Поделиться Поделиться

История создания и общая характеристика Каролины

Изучая историю создания Каролины, студенту сле­дует обратить внимание на тот факт, что она была при­нята на заседании рейхстага при активном участии со­словий и имперских чинов, что непосредственно отра­зилось на ее содержании. Постановление о реформе судопроизводства и уголовного права в империи было принято Франкфуртским рейхстагом еще в 1497 г. В нем, в частности, указывалось, что необходимость проведе­ния общеимперской реформы, унификации уголовного права вызвана многочисленными жалобами на злоупот­ребления судей, безосновательное привлечение людей к ответственности, вынесение судами незаслуженных на­казаний без соответствующего разбирательства уголов­ного дела, а также на необоснованное осуждение к смер­тной казни «в различных частях империи».

Спустя некоторое время Аугсбургский рейхстаг обра­зовал специальную комиссию по подготовке реформы уголовного права, однако в период правления Максимилиана I (1459—1519 гг.) из-за сопротивления сословий, эта реформа проведена не была. Только в 1521г. Вормский рейхстаг поручает разработку проектов уго­ловного и уголовно-процессуального общеимперских уложений специально избранным членам от сословий. О крайней трудности создания общеимперского свода уголовного права в политически раздробленной Герма­нии свидетельствует то, что рейхстагом были отвергну­ты три проекта, и только в 1532 г. был принят четвер­тый, Регенсбургский проект уголовно-судебного уложе­ния, впоследствии получивший название «Каролина».

Столь длительный процесс создания общеимперско­го уголовно-судебного уложения объясняется не только мощным сопротивлением отдельных княжеств, таких как Бранденбург, Пфальц, Саксония и др., отстаивавших невмешательство имперского законодательства в парти­кулярное право, но и крайним обострением социально-политических противоречий в империи.

Давление сепаратистски настроенных князей не про­шло бесследно. Уступкой им явилось включение в текст Каролины так называемой сальваторской оговорки (clausulа salvatoria), которая не лишала «курфюрстов, князей и сословия их исконных, унаследованных, правомерных и справедливых обычаев», что придавало в значительной мере нормам Каролины субсидиарный характер.

И только со временем в научной и практической деятельности Каролину стали рассматривать как обще­имперское национальное право (Jus germanicum). Уго­ловно-судебное уложение Карла V не только повсемес­тно применялось, но и скрупулезно толковалось и ком­ментировалось.

В XVI в. в уголовное право Германии все больше про­никают рациональные идеи учения итальянских рома­нистов. В то же время, согласно принципам каноничес­кого права, основным законом продолжала считаться Библия, а 10 заповедей Моисея (так называемый Dekalog) по-прежнему рассматривались в качестве ори­ентира при систематизации преступлений.

Это отразилось на содержании Каролины, она как бы связала «отжившее свое время старогерманское уго­ловное право с прогрессивным учением итальянских юристов-криминалистов» (Р. Конрад и др.).

Многие принципы и нормы Каролины основывались на принятых несколько ранее Бамбергском (1507 г.) и Бранденбургском (1516 г.) судебных уставах, автором ко­торых считается И. фон Шварценберг. Его часто сравнива­ют с создателем Саксонского зерцала Эйке фон Репгау, отмечая огромный вклад в развитие уголовного права Гер­мании.

Не имея, подобно Репгау, юридического образования, основываясь лишь на личном судейском опыте и обоб­щении судебной практики, И. фон Шварценберг сумел обозначить насущные проблемы развития уголовного права Германии, отразить в своих произведениях идеи гуманизма и справедливости. Он стал не только создате­лем Бамбергского уголовного уложения, позднее вве­денного в действие в Бранденбурге, но и, как полагают немецкие историки, принимал непосредственное учас­тие в подготовке проекта Каролины в 1521 —1524 гг.

Будучи знаком с Лютером, И. фон Шварценберг пы­тался проводить в сфере права его основную идею: «От Бога нам дана свобода творить добро или зло».

Давая общую характеристику Каролине, следует об­ратить внимание на ее предисловие, в котором, в час­тности, говорится, что Каролина создавалась по воле как самого императора, курфюрстов и князей, так и представителей сословий в рейхстаге. Основной текст уложения состоит из 219 статей, каждая из которых начинается со слова «Итак», что как бы означает под­ведение итога всему предыдущему развитию уголовно­го права Священной римской империи германской на­ции.

Выявляя специфику правовой формы Каролины, не­обходимо отметить также, что в ней отсутствует характер­ное для современных уголовных кодексов деление на об­щую и особенную части, а нормы материального и процессуального права тесно переплетены. Многие статьи Ка­ролины носят казуистический характер. Отсутствие абст­рактных определений, установившейся правовой терми­нологии, включение многочисленных примеров и поясне­ний превращают Каролину в некое подобие учебника.

В документе отсутствует и стройная система изложе­ния норм. Условно их можно разделить на несколько вза­имосвязанных групп:

нормы, относящиеся к судоустройству и устанавли­вающие формулы присяги для судей, шеффенов и су­дебных писцов (ст. 1—5);

процессуальные нормы о мерах пресечения и пору­чительства, которые обязательны для возбуждения уго­ловного дела и допроса под пыткой (ст. 6—18);

общие нормы о «доказательствах, уликах и предпо­ложениях», отсутствие которых исключает применение пыток (ст. 18—21);

о значении основополагающей нормы о собствен­ном признании (ст. 22);

конкретные примеры «доброкачественных» доказа­тельств по различным видам преступлений (ст. 23—46);

нормы, регулирующие поведение судей до пытки, во время пытки и после нее, а также о ее последствиях (ст. 47—61);

нормы о требованиях, предъявляемых к свидетелям и свидетельским показаниям (ст. 62—76).

Студент может самостоятельно выделить относитель­но сходные группы норм уголовного или процессуаль­ного права, прежде всего те, которые выражают основ­ные принципы Каролины, а именно: принцип неглас­ного, скорого, письменного суда, однако при более «высоких стандартах доказательства виновности» (Г. Берман) и пр.

Преступления и наказания

При рассмотрении этого вопроса студенту надлежит в первую очередь обратить особое внимание на общие принципы, общие понятия Каролины, относящиеся ко всем преступлениям. Это те правовые положения, кото­рые в современных кодексах составляют так называемую общую часть.

К таким понятиям уголовного права, известным Ка­ролине, можно отнести формы вины, обстоятельства, исключающие, смягчающие и отягчающие ответствен­ность, нормы о покушении, соучастии, которые не вы­делены в специальные разделы, а рассматриваются при­менительно к отдельным составам преступлений. Эти сведения студент может получить из анализа ст. 130, 137, 138, 146, 148, 177 и др. Выявить, каковы различия в Каролине между умышленным и неосторожным пре­ступлением, а также между преступлением и случаем (казусом), можно на основе ст. 48—50, 146 и др. При этом нужно подчеркнуть, что Каролина допускала объективное вменение, наказуемость так называемых злостных бродяг (ст. 128).

Проблема выработки понятия формы вины (culpa) занимала в германской уголовно-правовой науке XVI в. особое место. С этой проблемой были связаны теорети­ческие разработки наиболее значимых понятий уголов­ного права, таких, как преступление, действие и без­действие, их наказуемость. Хотя ни в Каролине, ни в уголовно-правовой науке не было четкого различия меж­ду понятиями действия и бездействия, наказуемость без­действия никем не оспаривалась. В правовой теории так­же стало господствующим убеждение, которое всячески отстаивали гуманисты, что одна лишь мысль не может быть наказуема.

В соответствии с идеями итальянских юристов-кри­миналистов все преступления в Каролине классифици­ровались в зависимости от тяжести наказания. Особое место здесь занимала многовариантная квалифицирован­ная смертная казнь и различные виды членовредительс­ких телесных наказаний (урезание языка, ушей, выры­вание языка, отсечение руки и т. п.).

Форма квалифицированной смертной казни прямо связывалась с характером того или иного преступления. Она применялась, например, в виде четвертования (при измене — ст. 124), колесования (при отравлении и убий­стве — ст. 30, 137), через сожжение на костре (при кол­довстве и фальшивомонетничестве, неестественных по­ловых сношениях, кражах церковного имущества — ст. 109—111, 116, 172 и др.). Виселица грозила за поджоги с отягчающими обстоятельствами (ст. 159—162). Смерт­ной казни мечом подвергались лица за изнасилование, участие в мятежах и восстаниях, за убийство в состоя­нии аффекта и пр. За детоубийство женщины закапыва­лись в землю заживо (ст. 131).

Не исключала Каролина и наказания по принципу талиона, например, при лжесвидетельстве и ложном об­винении в суде. Если вследствие этого кто-либо приго­варивался к смертной казни, виновный наказывался «та­кой же мукой, как и тот, кто понес наказание».

Анализ конкретных статей Каролины со всей очевид­ностью свидетельствует о том, что в основу предусмот­ренных ею наказаний, отличающихся исключительной жестокостью, был положен принцип устрашения. Об этом говорит хотя бы тот факт, что большинство пре­ступлений карались квалифицированной смертной каз­нью. Телесные и членовредительские наказания могли назначаться за обман и кражу. Приговоры к подобным наказаниям исполнялись публично. Изгнание и позоря­щие наказания, к которым относились терзание раска­ленными клещами перед казнью и волочение к месту казни, а также конфискация имущества чаще применя­лись как дополнительные к основным наказаниям.

Характерной особенностью Каролины является от­сутствие в ее нормах указаний на верхние и нижние пре­делы наказания. Она допускала «бессрочное» тюремное заключение. Например, «злонамеренных и способных на дальнейшие преступные действия» лиц предписывалось заключать в тюрьму на неопределенный срок.

Нужно обратить внимание и на то обстоятельство, что, хотя в преамбуле Каролины имелось утверждение о равном правосудии для «бедных и богатых», во многих статьях подчеркивалась необходимость при назначении наказания учитывать сословную принадлежность пре­ступника и потерпевшего. Так, при определении наказа­ния за кражу судья должен был учитывать не только стоимость украденного и другие обстоятельства, но «в еше большей степени (...) звание и положение лица, которое совершило кражу» (ст. 160). Согласно ст. 158 Ка­ролины знатное лицо могло быть подвергнуто за кражу не уголовному, а «гражданско-правовому наказанию». Нарушение «земского мира», которое строго каралось при прочих равных условиях, считалось вполне закон­ным для лиц, получивших дозволение императора ото­мстить за нанесенную обиду или враждующих с недру­гами своего господина.

Обстоятельства, исключающие ответственность, под­робно рассматриваются в Каролине на примере убий­ства (ст. 130—138). Так, ответственность за убийство не наступала в случае необходимой обороны, при «защите жизни, тела и имущества третьего лица» и в некоторых других случаях (ст. 139—141, 143). Убийство в состоянии необходимой обороны считалось правомерным, если убит был нападавший «со смертельным оружием» и если подвергшийся нападению не мог уклониться от него. Ссылка на необходимую оборону исключалась при за­конном нападении (для задержания преступника) и при убийстве, совершенном после прекращения нападения, в ходе преследования нападавшего (ст. 140). Судебник предписывал проводить тщательное разбирательство каждого конкретного случая необходимой обороны, поскольку ее правомерность, исходя из принципа пре­зумпции виновности, в этой ситуации должен был до­казывать сам убийца.

Каролина предусматривает как смягчающие, так и отягчающие обстоятельства. К смягчающим обстоятель­ствам относились отсутствие умысла (неловкость, легко­мыслие и непредусмотрительность), совершение преступ­ления «в запальчивости и гневе». При краже, например, смягчающими обстоятельствами считались малолетний возраст преступника (до 14 лет) и, что особенно приме­чательно, «прямая голодная нужда» (ст. 166).

Более многочисленными являются отягчающие вину обстоятельства. К ним относятся: публичный, дерзкий, злонамеренный и кощунственный характер преступле­ния, рецидив, крупные размеры ущерба, «дурная сла­ва» преступника, совершение преступления группой лиц, против собственного господина и др.

В Каролине различаются и отдельные стадии соверше­ния преступления. Например, преступным является поку­шение на преступление, которое рассматривается как умышленное деяние, не доведенное до конца вопреки воле преступника. Наказывалось покушение так же, как и окон­ченное преступление. Студенту надлежит проанализиро­вать в связи с этим соответствующие статьи Каролины.

Следуя учению итальянских юристов, Каролина ус­танавливала три вида пособничества: 1) помощь до со­вершения преступления; 2) на месте преступления (совиновничество); 3) после его совершения. В последнем случае различались «корыстное сообщничество» и «ук­рывательство из сострадания», влекущее более мягкое наказание.

Если классифицировать преступления по принятой в настоящее время схеме в зависимости от объекта пося­гательства, то в Каролине можно выделить следующие виды преступных деяний: против государственной влас­ти (измена, мятеж, нарушение земского мира, бунт про­тив властей— ст. 124—127 и пр.); против личности (убийство, отравление, клевета, самоубийство преступ­ника— ст. 130—138 и пр.); против собственности (под­жог, грабеж, воровство, кража, присвоение — ст. 157— 172 и пр.); против религии (богохульство; колдовство, кощунство, нарушение клятвы— ст. 105—109 и пр.); против нравственности (кровосмешение, изнасилова­ние, прелюбодеяние, двоебрачие, нарушение супружес­кой верности, сводничество, похищение женщин и де­вушек, неестественные половые сношения— ст. 116— 123 и пр.).

← Предыдущая страница | Следующая страница →