Поделиться Поделиться

ПРОЕКТ ПОСТАНОВЛЕНИЯ СОВНАРКОМА 8 страница


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 501

завтра средний крестьянин, о котором я буду говорить подробнее, который чувствует себя часто хуже рабочего, к которому мы относимся с величайшим вниманием, интере­сам которого посвящены все декреты, чего абсолютно не понял предыдущий оратор, — предъявит требования, — все это вызывает неимоверные трудности, но это те трудно­сти, при которых рабочие и беднейшие крестьяне в первый раз после столетий сами ор­ганизуют все народное хозяйство России своими собственными руками. И вот прихо­дится искать способы удовлетворить справедливые требования, переделывать декреты, перестраивать управления. Рядом с примерами и случаями неудачи и провалов, — слу­чаями, которые выхватываются буржуазной прессой, которые, конечно, многочислен­ны, мы достигаем успехов, ибо именно путем частичных неудач и ошибок мы на опыте научаемся строить социалистическое здание. И когда со всех сторон мы видим новые требования, мы говорим: это так должно быть, это и есть социализм, когда каждый же­лает улучшить свое положение, когда все хотят пользоваться благами жизни. Но страна бедна, страна нищая, — удовлетворить все требования невозможно пока, оттого так трудно в процессе разрухи строить новое здание. Но глубоко ошибается тот, кто дума­ет, что социализм можно строить в мирное спокойное время: он везде будет строиться во время разрухи, во время голода, так и должно быть, и, когда мы видим представите­лей настоящих идей, тогда мы говорим себе: всеми тысячами, десятками тысяч, сотня­ми тысяч рук рабочие и трудящиеся крестьяне взялись за постройку нового, социали­стического здания. Теперь начинается глубочайший переворот в деревне, где агити­рующие кулаки стараются помешать трудящимся крестьянам, не эксплуатирующим чужого труда и не наживающимся на спекуляции хлебом, и там задача иная. В городах приходится организовать заводы, металлическую промышленность, а после военной разрухи распределить производство, распределить сырье, материал, — проведение этой задачи очень трудно. Там рабочий этому делу учится и создает органы центрального управления,


502__________________________ В. И. ЛЕНИН

там нам приходится переделывать Высший совет народного хозяйства, ибо старые за­коны, изданные в начале года, уже устарели, рабочее движение идет вперед, старый ра­бочий контроль уже устарел, и профессиональные союзы превращаются в зачатки ор­ганов управления всей промышленностью. (Аплодисмент ы.) В этой области сделано уже много, но все же мы не можем похвастать блестящим успехом. Мы знаем, что в этой области буржуазные элементы, капиталисты, помещики, кулаки, получают возможность еще долго агитировать, говоря, что, как всегда, изданный декрет не про­веден в жизнь, другой только что издан, а его через три месяца исправляют, а вот спе­куляция как была при капитализме, так и теперь остается. Да, мы не знаем всеобъем­лющего шарлатанского рецепта, который сразу мог бы убить спекуляцию. Привычки капиталистического строя слишком сильны, перевоспитать воспитанный веками в этих привычках народ дело трудное и требующее большого времени. Но мы говорим: наш способ борьбы — это организация. Мы должны все организовать, все взять в свои руки, проверять кулаков и спекулянтов на каждом шагу, объявить им беспощадную борьбу и не давать им дышать, проверяя каждый шаг. (Аплодисмент ы.)

На опыте мы знаем, что переделка декретов является необходимой, ибо встречаются новые трудности, из которых переделка черпает новые силы. И если в вопросе о продо­вольствии мы пришли теперь к организации деревенской бедноты и если теперь преж­ние товарищи наши — левые эсеры со всей искренностью, в которой нельзя сомневать­ся, говорят, что наши дороги разошлись, то мы твердо отвечаем им: тем хуже для вас, ибо это значит, что вы ушли от социализма. (Аплодисменты.)

Товарищи! Вопрос продовольственный — это главный вопрос, это тот вопрос, кото­рому мы больше всего уделяем внимания в нашей политике. Масса мелких мер, кото­рых не видно со стороны, но которые приняты Советом Народных Комиссаров: улуч­шение транспорта водного и железнодорожного, чистка интендантских


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 503

складов, борьба со спекуляцией, — все было направлено к тому, чтобы поставить дело продовольствия. Не только наша страна, но и все те самые культурные страны, которые до войны не знали, что такое голод, теперь все они в самом бедственном положении, которое создали империалисты, борясь за господство той или иной группы. Десятки миллионов людей на Западе испытывают муки голода. Именно это и делает неизбеж­ной социальную революцию, ибо социальная революция вырастает не из программ, а из того, что десятки миллионов людей говорят: «жить голодая мы не будем, а лучше умрем за революцию». (Аплодисменты.)

Ужасное бедствие — голод — надвинулось на нас, и чем труднее наше положение, чем острее продовольственный кризис, тем более усиливается борьба капиталистов против Советской власти. Вы знаете, что чехословацкий мятеж — это мятеж людей, купленных англо-французскими империалистами. Постоянно приходится слышать, что то там, то здесь восстают против Советов. Восстания кулаков захватывают все новые области. На Дону Краснов, которого русские рабочие великодушно отпустили в Петро­граде, когда он явился и отдал свою шпагу, ибо предрассудки интеллигенции еще сильны и интеллигенция протестовала против смертной казни, был отпущен из-за предрассудков интеллигенции против смертной казни. А теперь я посмотрел бы народ­ный суд, тот рабочий, крестьянский суд, который не расстрелял бы Краснова, как он расстреливает рабочих и крестьян. Нам говорят, что, когда в комиссии Дзержинского184 расстреливают — это хорошо, а если открыто перед лицом всего народа суд скажет: он контрреволюционер и достоин расстрела, то это плохо. Люди, которые дошли до такого лицемерия, политически мертвы. (Аплодисмент ы.) Нет, революционер, кото­рый не хочет лицемерить, не может отказаться от смертной казни. Не было ни одной революции и эпохи гражданской войны, в которых не было бы расстрелов.

Наше продовольственное положение было доведено до положения почти катастро­фического. Мы пришли


504__________________________ В. И. ЛЕНИН

в такую полосу, которая является самым тяжелым периодом в нашей революции. Перед нами стоит самый трудный период: не было еще более трудного периода в рабоче-крестьянской России, — именно период, который остался до урожая. Меня, видавшего виды партийных разногласий, революционных споров, не удивляет, что в такой труд­ный период увеличивается число людей, которые впадают в истерику и кричат: я уйду из Советов. Ссылаются на декреты, отменяющие смертную казнь. Но плох тот револю­ционер, который в момент острой борьбы останавливается перед незыблемостью зако­на. Законы в переходное время имеют временное значение. И если закон препятствует развитию революции, он отменяется или исправляется. Товарищи, чем больше надви­гается на нас голод, тем яснее становится, что против этого отчаянного бедствия нужны и отчаянные меры борьбы.

Социализм, повторяю, перестал быть догмою, как он перестал, может быть, и быть программой. В нашей партии еще не написано новой программы, а старая никуда не годится. (Аплодисмент ы.) Распределить хлеб правильно и равномерно — вот в чем основа социализма сегодня. (Аплодисмент ы.) Война оставила нам в на­следство разруху; усилиями Керенского и помещиков-кулаков, говорящих: после нас хоть потоп, страна доведена до того положения, что говорят: чем хуже, тем лучше. Война оставила нам такие бедствия, что теперь мы на вопросе о хлебе переживаем са­мую сущность всего социалистического устройства и должны взять этот вопрос в руки и решить его практически. Тут говорим мы себе: как быть с хлебом, по-старому ли, по-капиталистически, когда крестьяне, пользуясь случаем, наживают тысячи рублей на хлебе, называя при этом себя трудовыми крестьянами, а бывает, что даже и левыми эсерами? (Аплодисменты, шу м.) Они рассуждают так: если народ голодает, значит, цены на хлеб повышаются, если голод в городах, значит, у меня туга мошна, а если будут голодать еще больше, значит, я наживу еще лишние тысячи. Товарищи, я прекрасно знаю, что


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 505

не вина отдельных лиц в этом рассуждении. Все старое гнусное наследие помещичьего и капиталистического общества научило людей так мыслить, так думать и жить, а пе­ределать жизнь десятков миллионов людей страшно трудно, для этого нужно долго и упорно работать, а эту работу мы только что начали. У нас никогда не было и в мыслях обвинять тех людей, кто в одиночку, мучимый голодом и не видя пользы в организации социалистического распределения хлеба, бросается помогать себе в одиночку, махая на все рукой, — таких нельзя винить. Но мы говорим: когда выступают представители партий, когда мы видим людей, примкнувших к определенной партии, когда видим большие группы народа, то от них мы требуем, чтобы они посмотрели на это дело не с точки зрения измученного, истерзанного и голодного человека, на которого ни у кого не поднимется рука, а с точки зрения строения нового общества.

Повторяю, социализм никогда не удастся строить в такое время, когда все гладко и спокойно, социализм никогда не удастся осуществить без бешеного сопротивления по­мещиков и капиталистов. Тем более радостно потирают они руки, чем труднее положе­ние; тем более поднимаются они на мятеж; чем труднее, чем больше у нас саботажни­ков, тем охотнее они бросаются в чехословацкие и красновские истории. И мы гово­рим: вот это надо преодолеть не по-старому, как бы трудно ни было тащить телегу впе­ред, на гору, а не пустить ее катиться назад, под гору. Мы великолепно знаем, что не проходило недели или даже дня, когда мы в Совете Народных Комиссаров не были бы заняты вопросом о продовольствии, когда тысячи предположений, распоряжений, дек­ретов исходили от нас и когда мы не ставили бы вопроса, как бороться с голодом. Го­ворят: не нужно никаких особых цен, таксированных цен, хлебных монополий. Торгуй, как влезет. Богачи наживут еще больше, а что бедняки перемрут, так они ведь и всегда умирали с голоду. Но социалист так рассуждать не может: в этот момент, когда гора стала самой крутой и телегу приходится перетаскивать через самые


506__________________________ В. И. ЛЕНИН

большие крутизны, — вопрос о социализме перестал быть вопросом партийных разно­гласий, а стал вопросом жизни: устоите ли вы в борьбе с кулаками, в союзе с крестья­нами, не спекулирующими хлебом, устоите ли вы теперь, когда надо бороться, когда предстоит самая тяжелая работа? Нам говорили о комитетах бедноты. Для тех, кто на деле видел муки голода, для тех ясно, что для того, чтобы сломить и беспощадно пода­вить кулаков, нужны самые крутые, беспощадные меры. Приступая к организации сою­зов бедноты, мы шли на это с полным сознанием всей тяжести и жестокости этой меры, потому что только союз города и деревенской бедноты и тех, кто имеет запасы, но не спекулирует, тех, кто хочет решительно преодолеть трудности и достигнуть того, что­бы излишки хлеба шли государству и распределялись между трудящимися, — только такой союз является единственным средством этой борьбы. И борьба эта должна вес­тись не в программах и речах; в этой борьбе с голодом должно сказаться, кто идет пря­мым путем, несмотря на все испытания, к социализму и кто поддается на уловки и об­маны кулаков.

И если найдутся из партии левых эсеров люди, которые скажут, как предыдущий оратор, один из наиболее искренних и поэтому часто увлекающихся, часто меняющих свои мнения, — если они скажут: мы с большевиками работать не можем, мы уходим, — мы не пожалеем об этом ни на одну минуту. Те социалисты, которые уходят в такую минуту, когда десятки и тысячи людей гибнут от голода, в то время как другие имеют такие большие излишки хлеба, что не продали их до августа прошлого года, когда уд­воили твердые цены на хлеб, против чего вся демократия восставала; кто знает, что на­род терпит несказанные муки голода, но не хочет продавать хлеб по ценам, по которым продают средние крестьяне, те — враги народа, губят революцию и поддерживают на­силие, те — друзья капиталистов! Война им и война беспощадная! (Аплодис­менты всего зала, аплодирует и значительная часть левых эсеров.)


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 507

Тысячу раз будет неправ тот, тысячу раз ошибается тот, кто позволит себе хоть на ми­нуту увлечься чужими словами и сказать, что это — борьба с крестьянством, как гово­рят иногда неосторожные или невдумчивые из левых эсеров. Нет, это борьба с ничтож­ным меньшинством деревенских кулаков, это борьба за то, чтобы спасти социализм и распределить хлеб в России правильно. (Возгласы: «А товары?».) Мы будем бо­роться в союзе с громадным большинством крестьянства. В этой борьбе мы победим, и тогда каждый европейский рабочий увидит на деле, что такое социализм.

В настоящей борьбе нам поможет всякий, кто, может быть, и не знает по-научному, что такое социализм, но который всю жизнь трудился и знает, что хлеб доставался ему трудной ценой, — он нас поймет. Такой человек будет с нами. Кулакам, имеющим из­лишки хлеба и способным в момент величайшего бедствия народа скрывать хлеб, в момент, когда все завоевания революции поставлены на карту, когда Скоропадские всех оттенков и со всех концов, оккупированных и не оккупированных, вытягивают шеи и поджидают, нельзя ли на голоде свалить крестьянскую и рабочую власть и вер­нуть помещиков, — в такой момент объявить этим кулакам беспощадную войну — это наш первый социалистический долг. Кто в этот труднейший момент величайших испы­таний для голодного народа и величайших испытаний для социалистической револю­ции умывает руки и повторяет россказни буржуазии, — тот плохой социалист.

Неверно, и тысячу раз неверно, что это есть борьба с крестьянством! Я читал сотни раз на страницах кадетских газет об этом, и меня не удивляет, когда там кричат, что ра­бочие раскололись с крестьянством, когда там истерически пишут: «Крестьяне, очни­тесь, одумайтесь и бросьте большевиков». Когда я слышу и читаю там об этом, меня это не удивляет. Там оно подстать. Там они служат тому хозяину, которому служить предназначены, но я не желал бы быть в шкуре социалиста, упавшего до таких речей! (Бурные


508__________________________ В. И. ЛЕНИН

аплодисмент ы.) Товарищи, мы превосходно знаем, каких неимоверных труд­ностей стоит решение продовольственного вопроса. Тут предрассудки самые глубокие. Тут интересы самые коренные, интересы кулаков; тут деление, застой, распыленность деревни, темнота, во многих случаях все объединяются против нас, и мы говорим: не­смотря на эти трудности, отказаться нельзя, с голодом не шутят, и народные массы, ес­ли в голоде им не помочь, с голоду способны метнуться даже к Скоропадскому. Не­правда, что это борьба с крестьянами! Кто это говорит, тот величайший преступник, и величайшее несчастье случилось с тем человеком, кто истерически дал увлечь себя до таких речей. Нет, не только с крестьянами беднейшими, но и с средними мы не борем­ся. Крестьяне средние имеют во всей России ничтожные излишки хлеба. Крестьяне средние жили десятки лет до революции в условиях худших, чем живет рабочий. До революции они видели только нужду и угнетение. С этими средними крестьянами мы идем путем соглашения.

Социалистическая революция несет равенство для всех трудящихся масс; неспра­ведливо, если каждый городской рабочий получает больше, чем средний крестьянин, не эксплуатирующий чужого труда путем найма или спекуляции, — крестьянин живет и видит больше нужды и угнетения, чем рабочий, а живет еще хуже него. У них нет орга­низации и профессиональных союзов, которые занимались бы вопросом об улучшении их положения. Даже с рабочими союзами нам приходится устраивать десятки заседа­ний, чтобы уравнять плату между профессиями. И все же установить не можем. Всякий разумный рабочий знает, что для этого необходим долгий период. Разве мало жалоб вы найдете в Комиссариате труда? Вы увидите, что каждая профессия поднимает голову: мы не хотим жить по-старому, мы не хотим жить по-рабски! Мы хотим в стране бед­ной, стране нищей, залечить те раны, которые ей нанесены. Нам необходимо стараться кое-как удержать хозяйство, развалившееся почти до конца. Мы можем сделать это только путем организации. Чтобы сорганизовать кре-


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 509

стьянство, мы издали декрет о комитетах бедноты. Против этого декрета могут быть только враги социализма. Мы говорили, что считаем справедливым понизить цены на мануфактуру. Мы берем на учет, национализируем решительно все. (Аплодис­менты.) И это дает нам возможность регулировать распределение продуктов про­мышленности.

Мы говорили: спустите беднякам цены на мануфактуру наполовину, среднему кре­стьянину спустите на 25 процентов. Может быть, это неверная ставка. Мы не претенду­ем на то, что решили вопрос правильно. Мы не утверждаем этого. Чтобы решить во­прос, идите решать его вместе. (Аплодисмент ы.) Если сидеть в главном управ­лении и бороться со спекуляцией, ловить жуликов, устраивающих тайком свои дела, этим не решишь вопроса.

Только тогда, когда Комиссариат продовольствия, вместе с Комиссариатом земледе­лия, национализировал все товары, установил цены, — только тогда мы вплотную под­ходим к социализму. К нему подходят только трудящиеся города и деревенская бедно­та, все те, кто трудится, чужого не загребает, чужого труда не эксплуатирует ни в фор­ме найма, ни в форме спекуляции, ибо тот, кто берет по сто и больше рублей за хлеб, не менее спекулянт, чем если он нанимает наемных рабочих; может быть, он еще худший, еще более горький спекулянт. Через полгода отчаянно трудного советского управления мы пришли к организации крестьянской бедноты, жалко, что не через полнедели, — вот это наша вина! Если бы нас за то упрекали, что декрет об организации деревенской бедноты и продовольственной диктатуры на полгода опоздал, мы были бы рады этому порицанию. Мы говорим: вот только теперь, когда мы на этот путь вступили, социа­лизм перестал быть только фразой и становится живым делом. Может быть, декрет не­удачен, может быть, наши ставки неверны. Откуда мы могли взять их? Только из ваше­го опыта. Сколько раз мы переделывали ставки железнодорожников, хотя у них есть союзы, а союзов среди бедноты нет. Давайте проверять вместе, правильны ли ставки, назначенные


510__________________________ В. И. ЛЕНИН

в декрете о бедноте, что беднейшим спускается полцены, средним спускается четверть цены, а у богатого бери все, — правильны ли эти ставки или нет?

Если будет бой, то на этот бой мы пойдем смелыми декретами и ни капли не колеб­лясь. Это будет настоящий бой за социализм, не за догму, не за программу, не за пар­тию, не за фракцию, а за социализм живой, за распределение хлеба между голодными сотнями тысяч, миллионами людей в передовых районах России, чтобы, когда хлеб есть, его взять и правильнее распределить. Повторяю: здесь у нас нет ни тени сомне­ния, что девяносто девять сотых крестьян, когда они правду узнают, когда декрет полу­чат, проверят, примерят, когда скажут нам, как его надо исправить, и мы его исправим, эти ставки переделаем, когда они за эту работу возьмутся, когда приценятся к ее труд­ности практической, — эти крестьяне будут с нами и скажут: мы проявляем здоровый инстинкт всякого трудового человека, что здесь и только здесь решается вопрос на­стоящий, коренной, жизненный вопрос о социализме. Мы установим правильные став­ки на товары, установим монополию на хлеб, на мануфактуру, на все продукты, и тогда народ скажет: да, распределение труда, распределение хлеба и продуктов, которые нам дает социализм, лучше, чем было прежде, и это народ начинает говорить. Рядом с мас­сой трудностей, рядом с массой ошибок, рядом со случаями, которые мы нисколько не прикрываем, а вытаскиваем на свет, на позор, — теми случаями, когда наши отряды сами впадают в спекуляцию, в ту скользкую пропасть, в которую тащат все привычки, все навыки капиталистов, — да, эти случаи бывают повсюду, мы знаем, что переделать людей сразу нельзя, что внушить десяткам миллионов людей сразу веру в социализм нельзя (откуда они возьмут эту веру? Из своей головы? — Из своего опыта), — рядом со всем этим начинают говорить, что хлеб получить можно не путем спекуляции, что спасти от голода можно только путем союза городских и фабрично-заводских и про­мышленных рабочих с союзом деревенской бедноты, так как только деревенская бед­нота хлебом не спекули-


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________

рует. Да, средний крестьянин сразу, когда увидит наши декреты, когда прочтет их сам, когда сравнит их с теми фразами и наветами правых эсеров и защитников кулаков, скажет: если люди устанавливают одну ставку для бедняков, другую — для средних и даром берут хлеб у кулаков, они поступают справедливо. Он, может быть, не скажет, что они поступают, как социалисты, он, может быть, не знает этого слова, но он — наш вернейший союзник, ибо он хлебом не спекулирует, он поймет и согласится, что спеку­лировать хлебом в момент величайшей опасности для социалистической революции — есть величайшее преступление против народа.

Хлеб нельзя распределить декретом. Но когда после долгой, упорной работы нала­живания, исправления, — союза фабричных, городских рабочих и деревенской бедно­ты, трудящихся крестьян, не нанимающих никаких рабочих и не занимающихся спеку­ляцией, — мы наладим на практике это дело, тогда никакие истерические выкрики про­тив нашей партии не разорвут этого союза. (Аплодисменты.)

Когда мы обещали крестьянству социализацию земли, мы сделали этим уступку, ибо мы понимали, что сразу национализацию ввести нельзя. Мы знаем, что это, может быть, и ошибка, что мы вашу социализацию земли поставили в наш закон 26 октября . Это была уступка левым эсерам, которые отказались от власти и сказали, что останутся только тогда, если будет проведен этот закон. Тысячу раз неправа Спиридонова, когда подносила вам отдельные факты, что она была у меня, будто бы унижалась и просила. Товарищи, многие бывали у меня и знают, что не может быть этого, не может быть та­кого отношения к товарищу. Должно быть, плоха эта партия, если лучшие ее предста­вители унижаются до сказок. (Ш у м.) У меня лежит письмо тов. Спиридоновой, — она очень часто обращалась ко мне письменно, — это письмо я завтра же найду и передам. Она пишет: «Почему вы не хотите дать два

ПРОЕКТ ПОСТАНОВЛЕНИЯ СОВНАРКОМА 8 страница - Инвестирование - 1 * См. Сочинения, 5 изд., том 35, стр. 24—26. Ред.


512__________________________ В. И. ЛЕНИН

миллиона для сельскохозяйственной коммуны?». И это в тот самый день, когда нар-комзем Середа, деятельности которого она не понимает, внес доклад об ассигновании 10 миллионов на сельскохозяйственную коммуну185. (Продолжительные аплодисмент ы.) Вы слышали это из речи товарища Спиридоновой, но плоха та партия, в которой даже искреннейшие люди в своей агитации падают до сказок. Я по­вторяю: как плоха партия, лучшие, искреннейшие представители которой доходят до таких сказок про Советскую власть! Тем хуже для них! Каждый крестьянин, который придет в Комиссариат земледелия, прочтет, что ассигновано 10 миллионов на сельско­хозяйственные коммуны, увидит, поверит своим глазам и своим ушам больше, чем чу­жим речам, поймет, что эти люди дошли до сказок, и от партии этой отвернется. (Ап­лодисмент ы.) В заключение своей речи скажу одно. Перед нами до нового уро­жая, до подвоза этого урожая в голодные местности, Петроград и Москву, перед нами стоит тяжелый период русской революции. Только самый тесный союз городских ра­бочих с деревенской беднотой, с деревенской трудящейся массой, которая не спекули­рует хлебом, — вот что спасет революцию.

Съезд нам показывает, что союз всех трудящихся, несмотря ни на что, крепнет, ши­рится и растет не только в России, но и во всем мире. Знают за границей про нашу ре­волюцию до смешного, до ужаса мало. Там военная цензура, которая ничего не пропус­кает. Товарищи, приехавшие из-за границы, рассказывают об этом. Но, несмотря ни на что, по одному только инстинкту, европейские рабочие на стороне большевистского правительства. И все множатся и множатся голоса, которые показывают, что сочувст­вие к социалистической революции в Европе крепнет в тех странах, где продолжается империалистическая война. От германских социалистов и других людей, имена кото­рых знает всякий сознательный рабочий и крестьянин, как Клара Цеткин и Франц Ме­ринг, большевистское правительство получает выражение признательности и выраже­ние сочувствия и поддержки. В Италии старый


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 513

секретарь партии Лаццари, который в Циммервальде относился к большевикам с недо­верием, сидит теперь в тюрьме за выражение сочувствия к нам.

Понимание революции растет. Во Франции те товарищи и рабочие, которые на кон­ференции в Циммервальде с величайшим недоверием относились к большевикам, те­перь выпустили на днях воззвание от имени Комитета интернациональных связей186, в котором горячо высказываются за поддержку большевистского правительства и против авантюр каких-либо партий.

Поэтому, товарищи, как ни труден и как ни тяжел период, который нам предстоит пережить, мы обязаны сказать всю правду и открыть глаза на это, ибо только народ своей инициативой и своей организацией, выдвигая новые и новые условия и защищая социалистическую республику, поможет нам. И мы говорим: товарищи, нет ни тени сомнения, что если мы пойдем по тому пути, который избрали и который события под­твердили, если мы будем твердо и неуклонно идти по этому пути, если мы не дадим ни фразам, ни иллюзиям, ни обману, ни истерике сбить себя с правильного пути, то мы имеем величайшие в мире шансы удержаться и помочь твердо победе социализма в России, а тем самым помочь победе всемирной социалистической революции! (Бур­ные и долго не смолкающие аплодисменты, пере­ходящие в оваци ю.)


514__________________________ В. И. ЛЕНИН

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО ПО ДОКЛАДУ

5 ИЮЛЯ

Все возражения оппозиции по поводу моего доклада начинаются с вопроса о Брест­ском договоре. Но такая постановка вопроса могла бы быть названа деловой в том слу­чае, если бы она приводила к практическим результатам. Но все их речи об этом ре­зультатов не имеют и не могут иметь. (Аплодисмент ы.)

Если бы случилось так, что партия левых с.-р. получила большинство, то она по это­му вопросу так бы не кричала, как кричит теперь. Надо говорить о действительных дос­тижениях Советской республики на путях к социализму, и мы можем утверждать, — и этого ни один из ораторов не отрицал, — что в этом отношении со времени прошлого съезда достигнут большой успех. Не опровергли представители оппозиции и того, что все стоящие за разрыв Брестского мира действуют в интересах восстановления власти помещиков и капиталистов, сильны поддержкой англо-французского империализма. Когда я говорил, что чехословаки за 10—15 миллионов тоже добиваются этого разрыва, — никто не опроверг. Да разве можно опровергнуть то, что чехословаки, прикрываю­щиеся лозунгом Учредительного собрания, имеют своей целью втянуть нас в войну?

Левые эсеры говорили, что нельзя создать армию в краткий срок, но дело зависит от того, как скоро мы наладим дело с топливом, как устроятся крестьяне, как пойдет дело с урожаем.


________________________ V ВСЕРОССИЙСКИЙ СЪЕЗД СОВЕТОВ______________________ 515

Ваши призывы о создании партизанских отрядов для борьбы с регулярной империа­листической армией смешны каждому солдату.

Когда нас заставляют возвращаться к вопросу о Брестском мире, мы говорим: «Этот мир будет нарушен, если вы свергнете Советскую власть, а этого не будет!». (А п -лодисмент ы.) Только тогда, на почве разрыва Брестского мира, вы сможете втя­нуть трудящиеся массы в войну на радость помещикам, капиталистам и белогвардей­цам, подкупленным миллионами англо-французских империалистов. Срыв Брестского мира сейчас будет на деле опираться на силы, враждебные трудящимся классам. Все разногласия о Брестском мире нельзя считать деловыми. Это только истерика левых эсеров.

Когда здесь говорили о том, будто большевики делают уступки и будто в отчетах они ничего делового не заявили, я вспоминаю слова, сказанные здесь одним эсером, кажется, максималистом, что в Высшем совете народного хозяйства переходят от кон-

HI

троля к управлению производством . Разве это не деловое заявление? Что же делают те рабочие, которые своими силами через профессиональные союзы стали от хозяев учиться делу управления предприятиями? Вы говорите, что управлению научиться ни­чего не стоит, между тем мы в Высшем совете народного хозяйства ежедневно решаем тысячи конфликтов и случаев, которые говорят, что рабочий научился многому, и, де­лая из этого выводы, мы приходим к тому, что рабочие начинают учиться медленно, правда, с ошибками, но одно дело сказать фразу, а другое — видеть месяц за месяцем, как постепенно рабочий входит в свою роль, начинает терять свою робость и начинает чувствовать себя правителем. Правильно ли, но он делает дело так, как крестьянин в сельскохозяйственной коммуне. Время показывает, что рабочий должен был научиться управлению промышленностью, а все остальное есть пустейшая фраза, которой цена грош. Если мы через полгода Советской власти дошли до того, что теперь подходим к устарелости контроля — это уже громадный шаг вперед.

← Предыдущая страница | Следующая страница →