Поделиться Поделиться

Смерть клиническая и биологическая 2 страница

Какова же статистика самоубийств в нашей стране, по сравнению с другими государствами? Ежегодно в бывшем СССР добровольно расставались с жизнью около 60 тысяч человек. По данным Госкомстата, это в 2,5 раза больше чем в США. В дореволюционной России на 100 тысяч населения приходилось три-четыре самоубийства в год (это был самый низкий показатель в Европе). В бывшем СССР, по данным ЮНЕСКО, этот уровень поднялся до 30. В Финляндии — 26, в Японии — 19, Швеции-18, Канаде — 14, США-12, Португалии — 10, Италии — 8, Мексике — 1,7, Гватемале — 0,5.

Эпидемии самоубийств, особенно в молодежной среде, может породить талантливое произведение искусства. Доказательно установлено, что появление в 1744 году «Страданий юного Вертера» Гете, гениального описания жизни и смерти юноши от несчастной любви, вызвало целую волну самоубийств среди молодежи в подражение любимому герою. Примерно такой же эффект на русское общество начала XIX века оказала «Бедная Лиза» Н. М. Карамзина. Сотни американцев в свое время последовали примеру кинозвезды Мэрилин Монро, версия об отравлении которой широко обсуждалась в печати.

Особой жестокостью и изощренностью отличаются самоубийства психически больных людей. В нашу клинику была доставлена больная шизофренией девушка, проглотившая бритву, предварительно свернутую в хлебном мякише. В пищеводе бритва расправилась и оставила глубокие резаные раны слизистой. Вследствие попадания инфекции из пищевода началось массивное нагноение тканей и девушку спасти не удалось.

Каждый больной, совершающий попытку самоубийства передается под наблюдение психиатра. Но не всегда самоубийства совершаются людьми в состоянии острого или хронического психического расстройства. Решаются на роковой шаг и неизлечимо больные одинокие люди, престарелые, инвалиды. Пожалуй, нигде больше в мире, кроме нашей безграмотной в этом вопросе страны, в целях самоубийства не используют уксусную эссенцию и карбофос. Последствия от приема этих веществ ужасны и чаще всего вызывают лишь дополнительные страдания, не достигая поставленной цели.

Вот тут мы перейдем ко второй основной проблеме нашего разговора — о праве человека, выбравшего смерть, на помощь врача, о праве на эвтаназию («тихую смерть»). Проблема эвтаназии — добровольного ухода из жизни неизлечимо больного человека — широко обсуждается на Западе с конца 50-х годов. В 1958 году доктор Джек Геворкян опубликовал в печати ряд статей, в которых призывал безболезненно лишать жизни преступников, приговоренных к смертной казни, а их тела использовать для научных опытов, отдельные органы — для пересадочных операций. Позднее, став свидетелем бессмысленно-жестоких самоубийств, Геворкян пришел к мысли, что отчаявшимся, безнадежно больным людям, решившим покончить с жизнью, необходима в этом помощь.

От словесных и газетных выступлений Геворкян перешел к делу и запатентовал свое изобретение, названное впоследствии журналистами «машиной смерти». С помощью этого приспособления в виде капельницы можно быстро и безболезненно умертвлять людей. В аппарате было предусмотрено и специальное устройство для прерывания процедуры в случае, если доброволец неожиданно изменит свое решение. После долгих препирательств одна из «желтых» газет все-таки решилась опубликовать объявление Джека Геворкяна примерно такого содержания: «Если вы решили умереть и хотите это сделать безболезненно, я подарю вам легкую смерть». Первым и последним его пациентом стала 54-летняя Джанет Аткинс, страдавшая неизлечимой болезнью. В своем оборудованном под лабораторию стареньком автобусе Геворкян привел в действие «машину смерти», и последнее, что услышал от Джанет, — это «спасибо». Потом был громкий судебный процесс, конфискация «машины смерти», обещание Геворкяна более не заниматься подобным никогда.

В 1976 году Верховный суд Калифорнии вынес решение, дающее больным право отказаться от лечения, поддерживающего жизнь. Этому примеру последовали многие другие штаты. Сейчас практика эвтаназии получила в США довольно широкое распространение. Не проводится реанимация, если пациент заблаговременно высказался против нее. Тогда над его кроватью появляется табличка с английской аббревиатурой, означающей «не оживлять (НО)». Рассказывают, что знаменитый хирург К. Бернард использовал эвтаназию для облегчения последних минут жизни своей матери. Два года назад закон о праве на «легкую смерть» принят в Китае.

При этом существенно, о какой эвтаназии идет речь. Активная — когда используют средства, ускоряющие наступление смерти (передозировка снотворного, смертельная инъекция по просьбе больного и т. д.). Пассивная — бездействие врачей, отказ от борьбы за жизнь пациента. Так вот, в США законом признана только вторая форма, активная же юридически запрещена во всех штатах, а в ФРГ она преследуется в уголовном порядке.

Впрочем, дискуссии не утихают. Религиозные группировки в США поддерживают право на «гуманную смерть». Американская медицинская ассоциация, признавая пассивную эвтаназию, оговаривает ее целым рядом условии. Закон эти условия предусматривает. Волеизъявление пациента, его завещание близким обязательны. Заявление должно быть сделано в состоянии, когда человек «эмоционально и умственно полностью компетентен», и подписано двумя свидетелями.

В Испании Ассоциация за право умереть достойно основана еще в 1973 году.

Датская Ассоциация добровольной эвтаназии действует более десятка лет. Не один год на нескольких языках выходит международный журнал «Эвтаназия».

А как относятся к этому медики? По-разному. Две трети французских врачей одобряют добровольный уход в случае мучительной и неизлечимой болезни. В Голландии эвтаназию официально применяют врачи и по закону за это не преследуются. Но общественность Швеции, Германии, Италии, Бельгии, Англии настроена решительно против эвтаназии. За ее использование предусмотрена мера наказания — смертная казнь. А как решается проблема эвтаназии в нашей стране? Пока за рубежом ищут непростой выход, наши медицинские этики гордо парят над жизнью, называя эвтаназию не иначе как преступлением перед гуманизмом («Врачебная этика и медицинская деонтология», автор А. А. Грандо, издано в Киеве в 1988 году). «Оживляя всех, — пишет автор, — мы совмещаем гуманную помощь больному с научным поиском…»

Но время декларативного гуманизма уходит. Наше общество все нагляднее обнажает скрытые раньше язвы, а потому не стоит тратить время на полемику с начетчиками и пустозвонами. Гораздо полезнее прислушаться к серьезным аргументам, выдвигаемым противниками эвтаназии. Наиболее последовательно они сформулированы в письме врача В. Соколова: «Дело в том, что, по сути, эвтаназия есть убийство одного человека другим, медиком. А убийство даже безнадежно больного человека, даже по его собственному желанию и просьбе противоречит самой сущности врача и среднего медработника. Призвание, которому они посвящают жизнь, — борьба со смертью, а не помощь ей.

Если врач, по любым соображениям, способен лишить жизни другого человека — его немедленно нужно лишать диплома, ибо он превратился в свою противоположность, в убийцу. Нельзя также забывать, что врачи тоже люди, а человеку свойственно поддаваться соблазну. Если врач способен убить человека в его интересах, то, получив право убивать законно, почему он не может это делать в своих собственных? Врачу, наделенному правом убивать, рано или поздно люди перестанут доверять свою жизнь. И, таким образом, общество лишится своей медицины.

Именно по этой причине ни одно здравомыслящее, тем более гуманное общество никогда не позволит себе узаконить в своей стране эвтаназию.

Вопрос о безнадежности больного тоже не простой. Строго говоря, к этой категории прежде всего следует отнести всех недомогающих стариков: все они через несколько лет неизбежно умрут. Что, им тоже отказать в лечении?

Убийство гуманным не бывает. Оно всегда убийство. А гуманизм потому и гуманизм, что помогает другому выжить, а не умереть. И общество, если оно хочет быть гуманным, не должно навязывать врачу обязанности, противоречащие сути его деятельности. Под каким бы то ни было благовидным предлогом. Известно, куда очень часто ведут благие намерения».

При всей нашей уверенности в праве больного на эвтаназию эти аргументы стоит учитывать. Публикация французского журналиста Жака-Мари Бурже в № 43 «Пари-Матч» от 1989 года вызвала эффект разорвавшейся бомбы. В ней рассказывалось о судебном процессе над четырьмя медицинскими сестрами и санитарками службы гериатрии (медицины для престарелых) одной из венских больниц. Эти «исчадия ада из павильона № 5», как их окрестили журналисты, убивали надоевших им престарелых пациентов. В основном способом убийства служила передозировка снотворных и других сильнодействующих препаратов, вводимых внутривенно. В начале они убивали робко, выбирая неизлечимых больных, ослабленных мучениями. Но затем, осознав, что они могут действовать безнаказанно, стали убивать всех, чем-то не понравившихся им или слишком требовательных стариков. На допросе в полиции одна из медсестер, Стефания Майер, призналась, что уже в течение двух лет (с 1987 по 1989) санитарка Вальтро Вагнер учила ее делать зловещую процедуру под названием «полоскание рта», зажимая нос жертве и заполняя в то же время рот водой. Смерть наступала в результате отека легких.

Вальтро Вагнер, неудавшаяся медсестра, прилежная санитарка, дежурящая по ночам в венской больнице, без сомнения, самая страшная преступница всех времен. Полиция не может установить полный список всех стариков — жертв этой убийцы: 200 или 300? В своей цепи убийств Вагнер покушалась не только на безвестных пациентов, между ее рук проходили и знаменитости. Так, известный экономист и Жюлия Драпаль, бывшая балерина театра Опера в Вене, были устранены примерной санитаркой.

Эти преступные действия, когда стариков приканчивали, как лошадей, вызвали настоящий шок в австрийском обществе. Канцлер Франц Враницкий охарактеризовал это преступление как «самое жестокое и тяжелое в истории страны». Курт Вальдхайм сказал, что «это преступление настолько ужасно, что вообразить себе такое невозможно».

Но приведенные примеры нельзя однозначно толковать как безоговорочный аргумент противников эвтаназии. Более того, они не имеют ничего общего с эвтаназией как таковой. Но к голосам противников эвтаназии стоит прислушаться, чтобы избежать возможных ошибок. Окончательно вопрос об эвтаназии еще не решен. Его предстоит решать нам, нашему поколению, если мы действительно хотим считать себя поколением свободных людей, свободных в выборе образа жизни и образа смерти.

Литература

KapawJiiH Н М. Предания веков. М, «Правда», 1988.

Буганов В. И Мир истории. Россия в XVII стотетии М, «Молодая гвардия», 1989.

Рудное В. А По историческим и культовым местам Индии. — Л, «Наука», 1980.

Самоубийство преследуется? «Комсомольская правда», № 254, 4 ноября 1990 года.

НО' не оживлять. «Медицинская газета» № 109, 1990, 14 сентября

Протестую как врач. «Литературная газета» № 48, 1989, 29 ноября.

ГЛАВА IV

Опыт смерти, или те, кто вернулись…

Развитие реаниматологии и интенсивной терапии в последние десятилетия позволило вернуть к жизни огромное число ранее считавшихся безнадежными больных.

Благодаря этому у многих тысяч людей, выведенных врачами из состояния клинической смерти, появилось то, что принято называть «опытом смерти». Оттуда, из-за казавшейся незыблемой черты, отделявшей жизнь от смерти, возвращались люди и рассказывали о своих ощущениях.

В середине 80-х годов нашего века список бестселлеров США возглавила книга американского врача Раймонда Моуди «Жизнь после жизни», в которой им проанализированы поразительные свидетельства 150 людей, переживших состояние клинической смерти. «Описания столь сходны, столь живы и непреодолимо достоверны, что они могут навсегда изменить взгляд человечества на смерть, жизнь и посмертное существование души» — писал журнал «Америка» в июне 1989 года.

В своей книге доктор Моуди выводит типичную схему клинической смерти: при наступлении смерти больной успевает услышать слова врача, констатирующего летальный исход, затем слышит непривычный шум, громкий звон или жужжание и чувствует, что с большой скоростью несется сквозь длинный черный туннель. После этого он внезапно обнаруживает себя вне своего физического тела, видит свет; перед ним проходит вся жизнь; к нему приходят души других людей, чтобы встретить и помочь ему, он узнает в некоторых случаях своих друзей или умерших родителей, и перед ним появляется светящееся существо, от которого исходит такая любовь и душевная теплота, какой он никогда не встречал. Затем он чувствует приближение границы, из-за которой возврата уже не будет, и… возвращается к жизни. Затронутая Раймондом Моуди тема тут же нашла энтузиастов. Доктор психологии Кеннет Ринг снарядил целую экспедицию по клиникам штата Коннектикут. Итоги тринадцатимесячных исследований показали: феномен существует и не связан с какой-либо патологией. Ни интоксикация, ни сновидения, ни галлюцинации здесь ни при чем. Проанализировав 102 случая клинической смерти, доктор Ринг констатировал: 60 процентов больных испытали непередаваемое чувство покоя, 37 процентов — парили над собственным телом, 26 — помнят различные панорамные видения, 23 — входили в туннель, шлюз, мешок, колодец или погреб, 16 — до сих пор восторгаются чарующим светом, 8 процентов утверждают, что встречались с умершими родственниками. Показания всегда совпадают, будь то пациенты из США, стран Европы или из Бурунди; атеисты, христиане или буддисты; считают ли они свет природным явлением или божественной благодатью — все рассказывали одни и те же вещи.

На другом конце Соединенных Штатов молодой кардиолог доктор Сейбом, рациональный и педантичный человек, прочитав тезисы Моуди, разразился язвительными насмешками и, чтобы совсем уж не оставить от них камня на камне, провел систематическое анкетирование среди персонала реанимационной службы во Флориде. Когда же результаты его исследований полностью совпали с данными Моуди и Ринга, Сейбом решил посвятить свою жизнь изучению этого феномена. Он даже разработал десятиступенчатую модель состояния клинической смерти, которая теперь носит его имя.

Итак, данный феномен существует и получил специальное название «феномен НДЕ» (английская аббревиатура, означающая состояние, близкое к смерти). Организована даже Международная ассоциация по изучению феномена НДЕ, председателем французского отделения которой является Луи-Венсен Тома, президент Французской танатологической ассоциации (есть и такая!). Интервью с месье Тома было опубликовано в № 43 еженедельника «За рубежом» за 1990 год.

Современные исследователи считают, что треть пациентов, переживших клиническую смерть, находились в состоянии НДЕ, однако многие опытные врачи, всю жизнь проработавшие в службах «скорой помощи», никогда не слышали (или не хотели слушать?) каких-либо подобных свидетельств. Объясняется это тем, что люди, пытающиеся обсудить пережитый ими предсмертный опыт, чаще всего сталкиваются со скептицизмом и полным непониманием. Почти каждый в такой ситуации начинает ощущать, что он чем-то отклоняется от нормы, поскольку никто не переживал того, что случилось с ним. Эти люди замыкаются в себе и стараются никому не открывать, что произошло с ними за гранью жизни.

Однако феномен НДЕ должен был быть известен уже давно, задолго до появления реанимации, хотя, может быть, и не в таких значительных масштабах, как сейчас. Об этом свидетельствуют отдельные, разбросанные в различных источниках свидетельства. Вот, например, описание посмертного состояния Блаженной Федоры, заимствованное из источника Х века: «Я оглянулась назад и увидела, что мое тело лежит без чувства и движения. Подобно тому, как если бы кто, сбросивши с себя одежду, смотрел на нее, так и я смотрела на свое тело, будто бы на одежду, и очень удивлялась этому». Это описание почти дословно повторяет многочисленные свидетельства, приведенные в книге Моуди.

В библиотеке Псково-Печерского монастыря, которую мне посчастливилось посетить, хранится очень редкая книга, повествующая о том, как некий русский человек побывал «на том свете». Книга сшита из страниц «Троицкого листка» № 58, изданного в Троице-Сергиевой лавре в 1916 году. На титуле ее значится: К. Инекуль «Невероятное для многих, но истинное происшествие». Приведенные в ней свидетельства также совпадают с уже описанными нами симптомами феномена НДЕ.

На картине «Эмпиреи» голландского художника Босха, жившего пять веков тому назад, показано «вхождение душ умерших в царство небесное». Поражает удивительное совпадение изображенного с рассказами людей, перенесших клиническую смерть: стремительное вращающееся движение душ по длинному темному туннелю, в конце которого сияет невыразимо яркий свет.

Несомненно, творчество многих художников, поэтов, писателей питалось опытом людей, знакомых с феноменом НДЕ. Перечитайте «Смерть Ивана Ильича» Льва Николаевича Толстого — потрясающее описание феномена НДЕ!

А вот сцена расстрела адмирала Колчака из романа писателя-эмигранта Владимира Емельяновича Максимова «Заглянуть в бездну»: «Странно, но Адмирал не услышал выстрела и не почувствовал боли. Только что-то мгновенно треснуло и надломилось в нем, а сразу вслед за этим возник уходящий вдаль винтообразный коридор со слепящим, но в то же время празднично умиротворяющим светом в конце, увлекая его к этому свету, и, осиянный оттуда встречной волной, он радостно и освобожденно растворился в ней. Последнее, что он отметил своей земной памятью, было распростертое на синем снегу его собственное тело, вдруг ставшее для него чужим».

Поразительны также по точности художественного воплощения сцены клинической смерти главного героя в фильме Эльдара Рязанова «Одинокая мелодия для флейты». Там представлены все компоненты феномена НДЕ — непривычный шум, движение по длинному полутемному коридору; встреча с душами умерших родителей, пытающихся помочь ему подготовиться к переходу в новый мир; сопровождающие героя души погибших одновременно с ним людей — стариков, воинов-афганцев, жертв чернобыльской аварии в специальных защитных костюмах; и, наконец, — яркий свет в конце коридора, где исчезают все двигающиеся к нему души.

В своей книге «Жизнь после жизни» Раймонд Моуди описывает одиннадцать четко различных фаз, от произнесения врачебного вердикта о наступившей смерти до возвращения к жизни, хотя большинство «возвращенцев» не проходит полностью все эти фазы. Давайте и мы рассмотрим подробнее некоторые ступени феномена НДЕ.

Феномен НДЕ, кажется, изучен уже хорошо, и в каждом случае ему всегда находится какое-то объяснение. Но одна вещь до сих пор не укладывается ни в какие схему: отделение от тела или декорпорация. Как относиться к больным, которые после операции начинают рассказывать о том, что происходило в соседней комнате? А слепые, безошибочно называющие цвет галстука у хирурга? Некоторые реанимированные рассказывают, что в первые минуты они не могли понять, что произошло. Находясь вне тела, они пытались общаться с окружающими, заговаривать с ними и с недоумением убеждались, что те не воспринимают, не слышат их. «Я видела, как они пытаются вернуть меня к жизни. Я пыталась говорить с ними, но никто меня не слышал».

Описание подобного посмертного переживания содержит и тибетская «Книга мертвых». Умерший, говорится в ней, как бы со стороны видит свое тело и близких, оплакивающих его. Он тоже пытается окликнуть их, заговорить с ним, но никто не слышит его. Как и в случаях, рассказанных реанимированными, он не сразу понимает, что с ним произошло.

Во многих сообщениях упоминается о разного рода необычных слуховых ощущениях в момент смерти или перед этим. Это может быть жужжание, громкое щелканье, рев, стуки, свистящий звук, похожий на ветер, колокольный звон, величественная музыка.

Часто, одновременно с шумовым эффектом, у людей возникает ощущение движения с очень большой скоростью через какое-то пространство. Для описания этого пространства используется много различных выражений: пещера, колодец, нечто сквозное, некое замкнутое пространство, туннель, дымоход, вакуум, пустота, сточная труба, долина, цилиндр. Хотя люди в этом случае пользуются различной терминологией, ясно, что все они пытаются выразить одну и ту же мысль.

Моуди приводит также несколько рассказов реанимированных о встречах других духовных существ. Эти существа, очевидно, присутствовали рядом с ними с тем, чтобы помочь облегчить умирающим переход в новое состояние.

Наиболее невероятным и, в то же время наиболее обычным элементом во всех изученных доктором Моуди случаях была встреча с очень ярким светом. Несмотря на всю необычность этого видения, ни один из пациентов не сомневался в том, что это было существо, светящееся существо, обладающее личностью. Идентификация этого существа различными людьми весьма различна и зависит главным образом от религиозной среды, в которой формировался человек, его воспитания и личной веры. Далее, по описаниям, собранным Моуди, светящееся существо показывает человеку картины, как бы обзор его жизни. Этот обзор, всегда описываемый как некий экран видимых образов, несмотря на его скорость, оказывается невероятно живым и реальным, в этом согласны все опрошенные свидетели. Несмотря на то, что картины быстро сменяли друг друга, каждая из них отчетливо узнавалась и воспринималась. Даже эмоции и чувства, связанные с этими картинами, могли переживаться заново человеком, когда он их видел.

В нескольких случаях пациенты рассказывали Раймонду Моуди, как во время своего предсмертного опыта они приближались к чему-то, что можно было бы назвать границей или каким-то пределом. В разных свидетельствах это явление описывается поразному: в виде какого-то водного пространства, серого тумана, двери, ограды, тянущейся через поле, или просто линии. За этими впечатлениями, вероятно, стоит один и тот же опыт или идея, и различные по форме рассказы представляют собой лишь индивидуальные попытки передать с помощью слов воспоминание об одном и том же переживании.

Так как черта, переход через которую означает, что назад возврата нет, часто ассоциируется с какой-то водной преградой, то вероятно, именно отсюда символ воды в значении последней преграды перешел в самые различные мифологии и культуры.

Достаточно вспомнить реки Аида, Лету, Стикс, Ахерон в античном мифе, реку Сендзу у буддистов Японии и т. д. Такая традиция была свойственна и древним египтянам. На рисунках из древнеегипетской «Книги мертвых» (свода инструкций и заклинаний для души умершего) душа, готовая к переходу, преклоняет колени перед рекой, отделяющей земной мир от загробных Полей Благословенных, где вечно богатые урожаи обеспечивают сытую и беспечальную жизнь всем умершим.

Ни один из 150 пациентов доктора Моуди не переступил эту черту. Вероятно те, кто ее все-таки переступили, не смогли вернуться и рассказать об этом. Все же люди, выведенные из состояния клинической смерти, пережили возвращение обратно от какого-то момента их предсмертного опыта. Почти все опрошенные помнили, что в первые мгновения их смерти доминировало безумное желание вернуться обратно в тело и горестное переживание своей кончины. Однако когда умерший достигал определенных стадий умирания, он не хотел возвращаться обратно, он даже сопротивлялся возвращению в свое тело. Это было особенно характерно для тех случаев, в которых имела место встреча со светящимся существом.

В средние века считали, что признаком тех, кто побывал на том свете является неспособность смеяться. Некоторые изменения психики людей, вышедших из состояния клинической смерти отмечают практически все исследователи. Раймонд Моуди считает, что пережитый опыт оказал на жизнь реанимированных очень тонкое умиротворяющее воздействие. Многие думают, что жизнь стала глубже и содержательнее, изменился их взгляд на соотношение ценности физического тела и его разума.

Французский психиатр Патрик Дьюаврин, также исследовавший феномен НДЕ, пишет, что психологическая уравновешенность реаниминированных лиц выше среднего уровня, у них гораздо меньше проявляются психопатологические явления, которые бывали в прошлом, они употребляют меньше лекарств, алкоголя, не употребляют никаких наркотиков.

Как и следовало ожидать, опыт НДЕ оказывает глубокое влияние на отношение переживших его людей к физической смерти, особенно тех из них, которые до этого не думали, что есть что-либо после смерти. В той или иной форме, подчеркивает Моуди, все эти люди высказывали одну и ту же мысль: они больше не боятся смерти.

Самая сложная задача, которая встает перед читателем после знакомства с приведенными фактами — это их оценка. Большинство комментаторов книги Р. Моуди и статей его последователей единодушно заявляют — эта книга открывает новую страницу в познании человеком самого себя, она доказывает, что жизнь человека не прекращается со смертью тела, и, следовательно, укрепляет веру в существование загробного мира.

Но возможны и другие, материалистические толкования приведенных нами фактов. Лично я, как человек, занимающийся теоретическими и практическими проблемами медицины, считаю, что большинство из описанных феноменов вполне можно интерпретировать в рамках известных биологических явлений. Так, при наступлении клинической смерти вследствие прекращения нормального кровоснабжения рецепторов наступает резкое их кислородное голодание, на которое разные рецепторы отвечают по-разному. В слуховых рецепторах возникают ощущения, похожие на шум, звон, свист, в зрительных — вспышки яркого света. Острая ишемия (обескровливание) вестибулярных рецепторов, вероятно, приводит к ощущению падения, вращения, стремительного движения по туннелю. Недостаток кровоснабжения головного мозга может инициировать работу его коры, проявляющуюся в потоке воспоминаний или продуцировании образов ушедших из жизни людей.

Так как у всех людей рецепторы реагируют одинаково на недостаток кровоснабжения, то и возникающие ощущения вполне идентичны у различных лиц, перенесших это состояние. То же можно сказать и о возникающих образах. Например, известна старинная народная примета, что умершие родственники снятся к перемене погоды. Действительно, изменения атмосферного давления при перемене погоды вызывают изменение сна с поверхностного на более глубокий, когда в образование сновидений включаются глубинные механизмы памяти, сохраняющие образы когда-то близких, но умерших людей. Вероятно, нечто подобное может происходить и в момент наступления клинической смерти.

Хотя я далеко не во всем согласен с Р. Моуди и его единомышленниками, я постарался наиболее полно изложить их точку зрения. Многообразие точек зрения никогда еще не приносило вреда знанию и поиску истины.

Литература

Слово, 1990, № 7.

ГЛАВА V

«Живой труп»

В последние годы все чаще персонажами фильмов ужасов становятся живые трупы, «зомби». Главный герой американского приключенческого фильма «Змей и радуга» Клаирвиус Нарцисс под действием ядовитого порошка погружается в мертвый сон, но при этом остается в полном сознании. Ему суждено стать свидетелем собственных похорон, а затем и эксгумации. В завершение ему дают дурман, полученный из растения под названием огурец «зомби». Нарцисс «оживает», но вернуться к людям уже не может. Он навсегда остается «зомби».

Насколько реальны рассказы о практике колдунов о. Гаити по превращению человека в «зомби», в живой труп?

В 1982 году этноботаник Гарвардского университета Уэйд Дэвис возглавил экспедицию на Гаити. Было обнаружено, что местные колдуны умеют готовить яд, способный вызывать глубокий летаргический сон. Если порошок втереть в кожу, то он парализует нервную систему, дыхание почти исчезает. С помощью местных духовных служителей Дэвису удалось встретиться с колдунами и получить образцы яда для анализа. Его главным ингредиентом оказался тетрадоксин, один из самых сильных в мире ядов нервно-паралитического действия, превышающий воздействие цианистого калия в 500 раз. Яд этот получают из рыбы — двузуба (диодон хистрикс). На Гаити рецепт этого ядовитого порошка был известен еще 400 лет тому назад. Пока нет убедительных свидетельств того, как действует тетрадоксин, почему жертва остается в полном сознании.

Практика превращения человека в «зомби» была завезена когда-то на остров жрецами «вуду» и потомками черных рабов — выходцев из Бенина (ранее — Дагомея). Состоит она из двух звеньев: сначала убийства, а затем возвращения к жизни. Жертве, которую намерены превратить в «зомби», подмешивают в пищу яд тетрадоксин (по другим сведениям яд этот втирают в кожу). У жертвы сразу же прекращается дыхание, синеет поверхность тела, стекленеют глаза — наступает клиническая смерть.

Через несколько дней умершего от яда похищают с кладбища, чтобы якобы вернуть к жизни. Так он становится «зомби». Осознание своего «я» возвращается к нему не полностью или не возвращается вообще. Рассказы очевидцев, встречавших «зомби», говорят о них как о людях, которые бессмысленно смотрят перед собой.

По наблюдению исследователя, проведшего на Гаити три года, для «зомби» заранее выбирают наиболее сильных физически людей, чтобы потом, вернув к жизни, использовать их как рабов на плантациях сахарного тростника. Страх перед превращением в «зомби» настолько велик, что похоронный ритуал на Гаити включает ряд действий, цель которых — помешать похитить умершего, чтобы вернуть его к жизни.

Как уже говорилось, практика «зомби» была завезена на Гаити неграми-выходцами из Бенина. Судя по всему, какие-то приемы возбуждения к жизни продолжают практиковаться в Бенине и по сей день. Об этом рассказывает американский врач-путешественник, которому случилось побывать на одном из таких «сеансов». «На земле, — пишет он, — лежал человек, не подававший никаких признаков жизни. Я сел так, чтобы заслонить его своим телом, быстрым движением приподнял ему веки, чтобы проверить зрачковую реакцию. Реакции не было, не было и признаков биения сердца. Человек был действительно мертв. Собравшиеся под руководством жреца запели ритмичную песню. Это было нечто среднее между воем и рычанием. Они пели все быстрее и громче. Казалось, звуки эти услышит и мертвый. Каково же было мое удивление, когда именно так и случилось!

← Предыдущая страница | Следующая страница →